Партнеры


История Беловежской Пущи.
Брест. Беловежская пуща. Зубр
Беловежская пуща.
Из книги Георгия Карцова "Беловежская пуща" 1382-1902.


Полезные разделы сайта

Информация
---------------------------------------------------------------------------------------------------

Фотогалереи
---------------------------------------------------------------------------------------------------
Контакты

   
перевести страницу на другие языки

Promt Translator


   В 983 г., по словам нашего летописца, «иде Владимир на Ятвязи и победи Ятвязи и вся землю их». Ятвяга были дикое воинственное племя, принадлежавшее, по мнению одних, к Латышам, по мнению других, к Славянам, или к переселенцам с берегов Черного моря. Они занимали северо-западную часть Пущи, но не только нынешней, составляющей заповедную рощу, а обширное лесное пространство по Неману, Щаре, Ясельде, 3. Бугу, Нареву, Бобру и их притокам. 

   Более древние указания, относящиеся к данной местности, встречаются еще у Геродота, который говорил о Нурской земле и Неврах, селившихся по рекам Нареву, Лесня и Нурчаку. Плиний и Тацит также упоминают об этом племени и последний называет Геродотовых Невров Naharvali и Nanaharvali, по названию рек Нареву и Наревке. В те времена, вследствии постоянных войн и борьбы с природою, племена и народы быстро сменяли друг друга, но о Неврах, правильнее Наревлянах, сохранились указания, подтверждающие их существование еще в конце IX века.
В общих чертах, в начале второго тысячелетия нашей эры, если принять нынешнюю Пущу за центр, население в ней и вокруг нее распределялось, приблизительно, так: юго-западную сторону занимали Наревляне, юго-восточную - Дреговичи, о них упоминает Нестор, а к северу, по преимуществу на запад, по Бобру до Наревы, заселяя наибольшую часть Пущи, - Ятвяги, природные звероловы и охотники.
Обращаясь к тем временам, нужно вспомнить, что все пространство от берегов Балтийского моря до Буга было покрыто сплошным дремучим лесом. Атмосферная и почвенная влага не поглощалась тогда распаханными полями, лесов не вырубали, болот не осушали, к тому же уровень Балтийского моря стоял значительно выше, нежели теперь. Благодаря всем этим условиям большие полноводные реки, питаемые бесчисленными ручейками, прорезывали леса во всех направлениях; местами же стояла непроходимая топь. Под влиянием обилия влаги лес быстро развивался, достигая гигантских размеров, хотя и одинаково быстро погибал. С грохотом валились великаны, образуя своими гниющими в трясинах стволами те лесные дебри, о которых мы можем только догадываться. Разрушившийся лес служил колыбелью для нового поколения великанов. Природа одна, без содействия человека, воспитывала, разрушала и возрождала лес.
Брест, история Беловежской пущи    Вихри и грозы в жаркие летние дни, метели и вьюги зимою дополняют картину леса того времени. В весенние разливы все это пространство превращалось в огромное пресное море, поросшее вековыми стволами, а над этим морем высилась Пуща. Занимая возвышенную местность, составляющую водораздел Немана, Буга и Припяти, Пуща не затоплялась. Здесь укрывался зверь от воды. Трудно представить себе, какая там закипала жизнь, как вопили, ревели, выли, хрипели звери, сбегавшиеся со всех сторон, и хотя пространство, о котором мы говорим, занимало десятки тысяч квадратных верст, но и зверья водилось тогда не столько, сколько теперь. В старинных литовских лесах, до XVII века, царил мощный, величавый тур, о нем до нас дошли только сказания и скудные записи. Росомаха и дикая лошадь, мелкая приземистая, той же породы, которая паслась табунами в южных степях, также давно вымерли. Бобр и тот становится редкостью, а в Пуще его уже совсем нет. Раскопки показывают нам, что еще раньше, в доисторические времена, в тех местах водились северный олень, мускусный бык, пещерный медведь и даже мамонт. Присоединив к этому породы, сохранившиеся до нашего времени, в особенности зубра, мы можем представить себе Пущу того времени настоящим звериным царством.
   Среди такого населения, среди непроходимых лесов и болот, первобытный человек, вооруженный камнем или куском кости, чувствовал себя слабей окружающей природы и, естественно, боялся зверя. Страх этот сказался в обожании сильнейших представителей: тура, зубра, кабана и пр. Тем не менее, необходимость защищаться, и главным образом то, что дикарь не знал иной пищи, кроме мяса, иной одежды, кроме шкуры, вынуждали его вступать в борьбу. Дикарь должен был близко изучать природу зверя и настойчиво развивать в себе силу, проворство, ловкость, мужество, а в особенности хитрость, чтобы выходить победителем в этой борьбе за существование. Все эти качества, передаваясь по наследству и примером, ярко выразились в грозном охотничьем племени Ятвягов. Они жили охотою и любили ее, но охота не была для них до¬ходным промыслом. Пушистая шкура бобра имела в их глазах не большую цену, нежели всякая другая, дикарь не был жаден и, конечно, взаимная борьба зверей уничтожала их тогда несравненно больше, нежели человек.
   Еще до упомянутого похода Владимира, в половине X века, Киевские князья, покорив Дреговичей, пошли далее на запад, где столкнулись с одной стороны с Ляхами, с другой с Ятвягами и Литовцами - народами еще менее культурными, нежели восточные Славяне. Чем закончился этот первый натиск Славян, шедших с приднепровских равнин и высот в неведомый им лесистый, болотистый литовский край, история не дает ответа. Поход же Владимира положил начало беспрерывным войнам, закончившимся в конце XIII столетия полным уничтожением Ятвягов.
   Владимир уводил Ятвягов тысячами в полон, облагал лыками, вениками, звериными кожами, а на местах истребленных лесов селил своих людей. Так образовались Вельск и Мельник.
   По примеру Владимира, продолжая покорение западного края, «Ярослав иде на Ятвязи» (1038 г.), но, на этот раз, последние оказали более энергичное сопротивление. Хотя и побежденные, они отказались платить дань. Родные леса и болота хорошо укрывали их.
   По смерти Ярослава, до вступления на княжеский престол Даниила Галицкого (с 1054 - 1205 гг.), интересующая нас местность входила в состав Владимиро-Волынской области и служила театром беспрерывных раздоров удельных князей.
   Конец междоусобицам положил Владимир Мономах. Укрепившись в западной Руси, он отдал названную область 8-летнему сыну Андрею, от которого она вскоре перешла к внуку Владимира, Изяславу - родоначальнику князей Галицких. С этим периодом впервые связывается упоминание о добыче зверя. Подати стали вносить мехами и на расходы по княжим охотам взимать повинности. Разумеется, подобные установления не распространялись на Ятвягов, укрывавшихся в лесах, из которых они время от времени беспокоили русские области набегами. В ограждение от их набегов, сначала Владимир, а за ним Ярослав, Изяслав и другие русские князья строили города, в которых оставляли своих людей. Таким образом основались: Берест (Брест), Слоним, Дрогичин, Гродно, ближайшие населенные пункты вокруг будущей Беловежской Пущи. Новые города имели обыкновенно укрепленные сторожевые башни - вежи, с которых наблюдали за совершавшимся вокруг. Если бы с высоты веж можно было видеть далеко, то глаз различил бы среди лесов и полей мелкие ятвяжские и литовские селения, разбросанные на больших расстояниях, как бы островками. Только осторожная звериная лапа да нога туземца могли подойти к таким селениям. Подобно белке или кунице, идущей верхом по ветке, прыгая с кочки на кочку, с кочки на пень или на корягу великана дуба, пробирался Ятвяг звериною тропою от острова к острову. Вести войну в такой местности значило перебрасывать мосты, осушать болота, насыпать гати, словом, прежде всего, покорять природу.
   Счастливые то были времена для зверя. Сильна была природа, велика стояла глушь!
   В XIII столетии распри удельных князей хотя и несколько стихли, но Владимиро-Волынская область не переставала служить предметом и театром войн.
   Сначала область разгромил король Польский Лешко-Белый, но ему не удавалось укрепиться, так как его вытеснял князь Даниил Романович Галицкий, и они хозяйничали здесь попеременно. Затем, в 1228 г., ятвяжские пущи захватили было союзные удельные князья, но Даниил Романович своим походом на Киев побудил их вернуться восвояси. Тут вскоре началось татарское нашествие. Полчища Батыя, разгромив в 1240 г. Киев, дошли до литовских земель, и Кайдан, военачальник Батыя, захватил Мельник, Дрогичин, Гродно, Волковыск и Слоним.
   Глядя на эти войны вокруг себя, Ятвяги заражаются общим течением и перестают охотиться исключительно на зверя, принимая участие в рядах то тех, то других враждующих между собою народов. Впрочем, их принуждали к тому и обстоятельства: с севера их теснил, народившийся недавно, Тевтонский орден, с запада - Поляки и Мазовшане, с востока - удельные князья. Татарское нашествие отвлекло на некоторое время восточных Славян от Литвы и тем отсрочилось ее покорение, иначе Ятвягов, находившихся на пути соединенных действий могущественных соседей, гораздо раньше стерли бы с лица земли.
   Пользуясь стесненным положением Славян, среди мелких литовских князей выдвинулся некий Миндовг и объединил под своею властью разрозненные литовские племена. Округляя свое княжество, Миндовг, в 1241 г., захватил сначала Гродно, Волковыск и другие города, а в 1246 г., продолжая двигаться на юг, проник в Пущу к Ятвягам. Дикари любили свои дебри и отважно встретили Миндовга. Они искусно выбирали для боя по возможности глухие места, укрепляли боевую линию засеками и канавами и с сулицами и пращами в руках засыпали врагов камнями. Более тяжкие поражения Ятвягам в те же года наносил Даниил Романович. Он принудил их "в работе быть ему и города рубить в земле своей". В сильный голод 1279 г. Ятвяги оказались уже настолько культурным народом, что просили у князя Владимира Волынского хлеба, обещая в промен произведения своих пущ. Послы их говорили так: «Господин князь Владимир! Приехали мы "к тебе от всех Ятвягов, понадеясь на Бога и твое здоровье, "господин, не помори нас, пошли нам жито свое на продажу: мы "с радостию станем покупать, что хочешь, то и будем давать: "воску, белок, бобров, черных куниц и зубров». Но как ни мужественно боролись Ятвяги, все же они не могли долго держаться среди значительно более многочисленных и культурных соседей. В 1281 г. литовский князь Тройден нанес Ятвягам окончательное поражение и наименовался также князем Ятвяжским. В конце века Ятвягов, укрывавшихся поодиночке в лесах, истребили Поляки и об этом отважном народе-охотниках остались только исторические воспоминания. Следы Ятвягов сохраняются в названии некоторых деревень и урочищ Литвы и Беловежской Пущи, например: Большая и Малая Ятвязь, урочища Язвины, Язвинка, Язвинская гора и многие другие.
    В продолжение всего XIV века родина Ятвягов оставалась опустелою, чем, естественно, и воспользовался другой ее обитатель - зверь.

Фотогалерея
   Наша галерея предлагает познакомиться с фотоработами, посвященными, в-первую очередь Бресту и брестскому краю. Представлены снимки различных авторов, различных исторических эпох.
Брест,  фото.
Брест,  фото.
Брест,  фото.
Брест,  фото.
Брест,  фото.
Брест,  фото.
Брест,  фото.
Брест,  фото.
Главная:Брест-Инфо:История:Фотогалерея:Ссылки:Контакты
brest-sv.com © 2007



35 000 компаний рекламируют свои товары и услуги здесь!





      Rambler's Top100