brest-sv  • библиотека  • контакты

   
Часть 1
 
Часть 2
   
Часть 4
 
Часть 5
     

по материалам www.ufolog.ru

 

Аннотация

Перед вами – захватывающее путешествие по лабиринту многовековой загадки, не дающей покоя ученым и энтузиастам. Вы прочитаете о том, о чем власти, пресса и даже уфологи предпочитают умалчивать. Вы сможете впервые ознакомиться с сенсационными документами из архивов КГБ, Министерства обороны СССР и Академии наук, узнаете все подробности нашумевших событий прошлого и наших дней, прикоснетесь к оригиналам и первоисточникам. Легендарные времена и современность сплетаются воедино в книге, где увлекательность сочетается со строгой документальностью, а взгляд под неожиданным ракурсом позволяет по?новому увидеть, казалось бы, хорошо известные факты о НЛО.

 

Михаил Герштейн

ОТ АВТОРА

Дискуссия о том, существуют НЛО или нет, могла бы вообще не начинаться. Самые закоренелые скептики признают, что люди зачастую видят в небесах нечто непонятное и летающее. Это и есть НЛО – неопознанные летающие объекты, что-то, оставшееся тайной для тех, кто их увидел. Выражаясь суконным языком директивы ВВС США, НЛО – «любой объект в воздухе, который очевидец не способен опознать». И уже не имеет значения, какой процент наблюдений эксперты после тщательной проверки смогут объяснить: этот процент никогда и нигде не доходил до круглой сотни. Самые ничтожные итоговые цифры, сопоставленные с миллионами наблюдений, дают в итоге сотни тысяч необъяснимых случаев.Интерес властей и ученых к НЛО никогда не был абстрактным. Сама мысль о том, что к нам могут прилетать пришельцы с других планет, оказывала сокрушительное воздействие: неприятно думать, что человечество, привыкшее считать, что человек – это «царь природы», является объектом пристального наблюдения и неведомого воздействия.
Реакция военных и спецслужб была незамедлительной: догнать, поймать или сбить. Она не могла быть другой: если над нами летит что?то «не наше», его надо быстренько опознать в принудительном порядке. Но НЛО оказались неуловимыми, с завидной легкостью ускользая от неуклюжих земных машин. А чтобы у нас не было сомнений, кто здесь высший разум, а кто низший, пилоты НЛО преподали несколько зубодробительных уроков. Потеряв пару десятков самолетов, военные в конце концов взялись за ум и запретили открывать огонь по «тарелкам».
В полной мере осознав свое бессилие, власти сделали единственный верный шаг: они решили скрыть горькую правду об НЛО от своих народов, чтобы избежать массовой истерии и паники. Правительство США долгие годы подготавливало людей, используя богатые возможности прессы и Голливуда: даже забавные мультики с зелеными человечками готовили детей к тому, что придет время и они узнают все об НЛО. Там не запрещали печатать сообщения о «тарелках», но сделали все, чтобы к ним относились несерьезно и без ажиотажа.
В СССР решили пойти своим, обычным путем и наложили почти полный цензурный запрет на любые публикации, отстаивающие реальность феномена. Барьер немного ослаб лишь во времена «оттепели»– в 1966-1968 годах, снова сменившись неумолимым запретом. Сложилась уникальная ситуация: в СССР целые поколения прожили в среде информационного вакуума, ничего не зная об НЛО, и тем не менее рассказывали о точно таких же объектах в небе, как и их современники за рубежом, привыкшие к свободе слова. Власти невольно поставили грандиозный эксперимент, который тянулся более 40 лет и доказал, что НЛО – не порождение прессы, жаждущей сенсаций, они на самом деле существуют и не признают государственных границ!
Еще одной характерной чертой советской уфологии было огромное количество случаев «шума», порожденного военными. Небо над СССР было изрезано траекториями ракет, запускаемых из любых мыслимых и немыслимых мест, пересекалось сходившими с орбит спутниками и боеголовками, лазерными лучами и трассами пучкового оружия, было переполнено зондами и аэростатами. Оно сжигалось экспериментами в атмосфере с выбросом светящихся веществ, раскалывалось ядерными взрывами. Все это принималось людьми за НЛО и засоряло архивы уфологов-любителей, не способных отличить проделки военных от по?настоящему загадочных объектов. Для сторонников тотального засекречивания и цензуры немалый процент «военного шума» стал неопровержимым аргументом: если разрешить свободно писать об НЛО, можно ненароком «засветить» полигоны и базы с новейшим вооружением, раскрыть какие-то важные детали. О чем можно было с ними спорить, когда целый космодром – Плесецк – был засекречен вплоть до 1983 года, хотя на Западе о нем знали едва ли не с года основания!
Так появились на свет советские «секретные материалы», в которых, словно в зеркале, отразились весь блеск и ужас эпохи. Когда красная империя распалась на суверенные обломки, под этим завалом оказались и все программы по изучению НЛО. Часть былого наследия оказалась на руках у исполнителей и в конце концов стала известной не только узкому кругу посвященных.
Нет ничего более скучного и в то же время увлекательного, чем разбирать пожелтевшие от времени документы, хранящие в себе сокровенные тайны. То, что кроется за сухими, протокольно сжатыми строчками, иногда потрясает до глубины души, заставляя лишний раз задуматься об инертности человеческого мышления.
В последнее время мне часто приходилось читать книги об НЛО, написанные российскими авторами. Все они повторяют одну и ту же ошибку: пытаясь написать что?то, не разбираясь в теме, они получают на выходе очередной бездарный труд «обо всем и ни о чем», переполненный общими заблуждениями и надерганными друг у друга кусками. Именно поэтому я предпочел не повторять то, что уже известно из массы других книг, и сосредоточиться на малоизвестных или вовсе не известных моментах, о которых с удивлением узнают даже опытные уфологи. Как и полагается в документальной книге, я по мере возможности ссылаюсь на первоисточники. Но в ряде случаев, когда я привожу записанные мною или другими уфологами рассказы очевидцев, цитирую документы и письма, имеющиеся в одном или, в лучшем случае, в нескольких экземплярах, ссылаться на то, что читатель не сможет проверить, не имеет смысла. Если вы наткнетесь на кавычки, не сопровождающиеся ссылкой, значит, текст взят из моего личного архива или из «Летописи аномальных явлений» – электронного сборника сообщений о загадочных явлениях и объектах в небе, подготовленного Отделением планетологии и Уфологической комиссией Русского Географического общества.
Я считаю своим долгом поблагодарить коллег-уфологов, журналистов и всех, оказавших неоценимую помощь при подготовке рукописи к печати:
Сергея Ефимова (Алма?Ата), Елену Метелину (Барнаул), Геннадия Белимова (Волжский), Виктора Романченко (Киев), Вадима Деружинского (Минск), Станислава Ермакова, Светлану Кузину, Юрия Морозова, Александра Семенова, Александра Петухова, Виталия Правдивцева, Татьяну Фаминскую, Вадима Черноброва (Москва), Николая Субботина (Пермь), Виктора Рогожкина (Ростов-на-Дону), Кирилла Бутусова, Эдуарда Галевского, Валентина Гольца, Вадима Ильина, Германа Колчина, Геннадия Лисова, Евгения Литвинова,. Мурада Мамедова, Валентина Псаломщикова, Татьяну Сырченко, Ореста Тиминского, Виктора Утенкова (Санкт-Петербург), Пола Стоунхилла (Энсино, США), Сергея Шарыгина (Ялта), а также редакции газет «Аномалия» (Санкт-Петербург), «Перекресток Кентавра» (Ростов?на-Дону) и «Секретные исследования» (Минск).
Без помощи участников рассылки «Magonia Exchange», форума «Тау» и десятков других людей эта книга не увидела бы свет.
Особую благодарность я выражаю Николаю Георгиевичу Лебедеву – отважному исследователю, который первым сломал лед советской цензуры; Валерию Михайловичу Уварову, достойно представляющему российскую уфологию на международном уровне; Валентину Николаевичу Фоменко, стоявшему у истоков российской уфологии, и Константину Константиновичу Хазановичу, председателю Отделения планетологии Русского Географического общества, который положил начало проекту «Летопись аномальных явлений» (я надеюсь, что собранные нами свидетельства о российских НЛО и прочих аномалиях все же будут однажды опубликованы!). Им я больше всего обязан и выражаю свою искреннюю признательность.
Михаил Герштейн,
председатель Уфологической комиссии
Русского Географического общества,
ответственный редактор журнала «NEXUS»

 

ОГНЕННЫЕ ШАРЫ НАД «ГОРОЙ МЕРТВЕЦОВ»

18 февраля 1959 года в газете «Тагильский рабочий» появилась коротенькая заметка – письмо очевидца без каких-либо комментариев. В те времена слово «НЛО» советским гражданам было неизвестно, и ее озаглавили просто – «Необычное небесное явление,».
«В 6 часов 55 минут местного времени вчера на востоке-юго-востоке на высоте 20 градусов от горизонта появился светящийся шар размером с видимый диаметр Луны, – написал заместитель начальника связи Высокогорского рудника А. Киссель. – Шар двигался в направлении на северо-восток.
Около 7 часов внутри него произошла вспышка, и стала видна очень яркая сердцевина шара. Сам он стал более интенсивно светиться, около него появилось светящееся облако, отогнутое по направлению на юг. Облако распространялось на всю восточную часть небосвода. Вскоре после этого произошла вторая вспышка, она имела вид серпа Луны. Постепенно облако увеличивалось, в центре оставалась светящаяся точка (свечение было переменным по величине). Шар продвигался в направлении восток-северо-восток. Наибольшая высота над горизонтом, 30 градусов, была достигнута примерно в 7.05. Продолжая движение, это необычное явление слабело и размывалось. Думая, что оно каким-то образом связано со спутником, я включил приемник, однако приемов сигнала не было».
За это редактор газеты получил взыскание, а заметка оказалась среди бумаг одного из самых необычных уголовных дел, которые когда-либо заводились в России. В нем были аккуратно подшиты и другие донесения о «явлении».
«17 февраля, в 6.50 местного времени, на небе появилось необыкновенное явление – движение звезды с хвостом, похожим на плотные перистые облака, – доложила начальнику Ивдельского отделения милиции техник-метеоролог Токарева. – Потом эта звезда освободилась от хвоста, стала ярче звезд и полетела, стала постепенно как бы раздуваться, образовался большой шар, окутанный дымкой. Затем внутри этого шара загорелась звезда, из которой сначала образовался полумесяц, затем образовался малый шар, не такой яркий. Большой шар постепенно стал тускнеть, стал как размытое пятно. В 7.05 совсем исчез. Двигалась звезда с юга на северо-восток».
Солдаты Ивдельлага, находясь «при исполнении», видели то же самое:
«С южной стороны показался шар ярко-белого цвета, временами окутывающийся туманом, внутри – яркая точка-звезда, – заявил военнослужащий А. Савкин. – Шел на север, виден был 8-10 минут».
Другой военнослужащий, Анатолий Леонтьевич Анисимов из в/ч 6602 «В», был допрошен два месяца спустя прокурором города Ивдель:
«17 февраля… я находился на посту. В это время с южной стороны показался шар больших размеров, окутанный белым туманом большого круга. При движении по небу шар то увеличивал, то уменьшал свою яркость. При уменьшении шар скрывался в белом тумане, и сквозь этот туман была видна только лишь светящаяся точка. Периодически светящаяся точка увеличивала свою яркость, увеличиваясь также и в размерах. При увеличении яркости светящейся точки, которая принимала форму шара, она как бы расталкивала белый туман, в то же время увеличивая его плотность по краям, а затем сама скрывалась в тумане. Создавалось впечатление, что шар сам излучал этот белый туман, который образовал форму круга. Двигался шар очень медленно и на большой высоте. Виден он был примерно минут 10, а потом исчез в северном направлении, как бы растаял вдали».
За десятки километров от Ивделя житель деревни Караул Новолялинского района Г. И. Скорых был разбужен криком жены:
– Посмотри, летит какой?то шар и поворачивается!
Георгий Иванович выскочил на крыльцо и увидел «яркое солнце в тумане». Шар двигался по прямой, строго с юга на север, и его цвет менялся от красного до зеленого. Чередование цветов происходило периодически, неопознанный объект окутывала белая оболочка. Шар быстро удалялся и через несколько секунд скрылся за горизонтом. По мнению Георгия Ивановича, шар летел вдоль Уральского хребта на очень большом расстоянии 31 марта «явление» повторилось. Одно из воинских подразделений, охранявших лагерь заключенных, было поднято по тревоге. Телефонограмма поступила секретарю Ивдельского горкома партии и заместителю председателя горисполкома:
«Проданову, Вишневскому.
31.03.59 г. 9.30 местного времени.31.03, в 4.00, в юго-восточном направлении дежурный Мещеряков заметил большое огненное кольцо, которое в течение 20 минут двигалось на нас, скрывшись затем за высотой 880. Перед тем как скрыться за горизонтом, из центра кольца появилась звезда, которая постепенно увеличивалась до размера Луны, стала падать вниз, отделяясь от кольца. Необычное явление наблюдали многие люди, поднятые по тревоге. Просим объяснить это явление и его безопасность, так как в наших условиях это производит тревожное впечатление. Авенбург, Потапов, Согрин»
Действительный член Географического общества СССР О. Штраух из поселка Полуночное записал свое наблюдение в дневник:
«31 03.59. В 4 часа 10 минут наблюдалось следующее явление: с юго?запада на северо?восток над поселком довольно быстро прошло шаровидное светящееся тело. Светящийся диск, величиною почти с полную Луну, голубовато?белого цвета, был окружен большим синеватым ореолом. Временами этот ореол ярко вспыхивал, напоминая вспышки далекой молнии. Когда тело скрылось за горизонтом, небо в этом месте еще несколько минут было озарено светом.
Подобное явление наблюдали жители Полуночного 17.02.59 в 7 часов 10 минут. Утром за светящимся следом оставался след в виде дымки…» В иное время «шарам», может, не придали бы значения, но февраль 1959 года на Северном Урале был особенным. Там, где находится приток Лозьвы – чистая речка Ауспия, начинались поиски пропавшей без вести группы туристов под руководством Игоря Дятлова. Поисковые отряды готовились к худшему, но то, что они увидели у занесенного снегом безымянного перевала, превзошло все ожидания. Недаром теперь эта часть горной гряды называется «Перевалом Дятлова».
В поход они уходили вдесятером: Игорь Дятлов, Людмила Дубинина, Александр Колеватов, Зинаида Колмогорова, Рустем Слободин, Юрий Кривонищенко, Николай Тибо-Бриньоль, Юрий Дорошенко, Александр Золотарев и Юрий Юдин (рис. 1). Самой юной из них была Дубинина – 20 лет. Дятлову было 23. Старше всех был инструктор Коуровской турбазы Золотарев – 37 лет. Слободин, Кривонищенко, Тибо-Бриньоль к тому времени закончили Уральский политехнический институт, работали инженерами, остальные еще учились в нем (рис. 2).

Группа была достаточно подготовлена к походу – об этом свидетельствуют все, кто знал ребят. На Севере они путешествовали неоднократно и знали, что их ждет. Места, куда отправлялись дятловцы, до сих пор безлюдны – лишь изредка в лесу встречаются охотничьи избы. Зимой горы и глухие леса покрывает глубокий снег, температура падает до минус 40, а иногда и ниже. Плоские, безлесные хребты с пологими склонами тоже оказываются занесенными снегом. Кроме охотников-манси, которые живут там и сейчас, мало желающих навещать столь суровые места (рис. 3).

Сначала все шло по плану. Группа Игоря Дятлова выехала из Свердловска на поезде в Серов, оттуда в Ивдель, потом в Вижай, и наконец попутная телега увезла их вещи во 2-й Северный поселок (сами ребята шли пешком). В поселке они встали на лыжи и отправились в поход к горе Отортен, основной цели их маршрута. Именно в этом поселке остался из-за больной ноги десятый турист, Юрий Юдин, чтобы потом вернуться домой. Радикулит спас ему жизнь.Гибель группы была столь загадочной, что по сей день порождает множество слухов и домыслов. Тайна не стала яснее после того, как рассекретили уголовное дело, заведенное более 40 лет назад, но свидетельские показания о пролетах «шаров» над Уралом попали в него не случайно…
Трагедия разыгралась четыре дня спустя недалеко от горы Отортен (в переводе с языка манси – «Не ходи туда»). Она находится в самой северной точке Свердловской области, где ее границы сходятся с границами Коми Республики и Ханты-Мансийского округа. Вообще названия там жутковатые: рядом возвышается Холатчахль, или «Гора мертвецов» (это название манси тоже дали задолго до 1959 года). Известный знаток топонимики Урала А. Матвеев, неоднократно поднимавшийся на гору, писал: «Должен признать, что более суровой и мрачной горы в этой части Северного Урала нет…»
Самая последняя запись в общем дневнике тургруппы была сделана 31 января лично Дятловым:
«Вырабатываем новые методы более производительной ходьбы. Первый сбрасывает рюкзак и идет 5 минут, после этого возвращается, отдыхает минут 10-15, после догоняет остальную часть группы. Так родился безостановочный способ прокладывания лыжни. Особенно тяжело при этом второму, который идет по лыжне, торенной первым, с рюкзаком. Постепенно отделяемся от Ауспии, подъем непрерывный, но довольно плавный. И вот кончились ели, пошел редкий березняк. Мы вышли на границу леса. Ветер западный, теплый, пронзительный, скорость ветра, подобная скорости воздуха при подъеме самолета. Наст, голые места. Об устройстве лабаза даже думать не приходится. Около 4 часов. Нужно выбирать ночлег.
Спускаемся на юг – в долину Ауспии. Это, видимо, самое снегопадное место. Ветер небольшой, по снегу 1,2-2 м толщиной. Усталые, измученные, принялись за устройство ночлега. Дров мало. Хилые, сырые ели. Костер разводили на бревнах, неохота рыть яму. Ужинаем прямо в палатке. Тепло. Трудно представить подобный уют где-то на хребте, при пронзительном вое ветра, в сотне километров от населенных пунктов…»
На следующий день дятловцы построили лабаз, оставив в нем часть вещей и продуктов, чтобы налегке подняться на Отортен, а потом вернуться и идти дальше на юг. Лабаз нужно было сделать понадежнее, чтобы защитить продукты от зверей, и ребята возились с ним до середины дня. Видимо, это занятие не требовало усилий всей группы: именно тогда ими была написана юмористическая стенгазета «Вечерний Отортен». Ее предполагалось повесить на вершине покоренной горы, но сделать это дятловцам уже не удалось.
Потеряв много времени, группа пошла наверх, выйдя из-под прикрытия леса. Ночевать им предстояло на открытом месте. В принципе, они могли спуститься в лес, до которого было примерно 1,5 км, но решили этого не делать, чтобы утром не терять времени: к Отортену легче идти по хребту, нежели внизу, по лесу, где глубокий снег. Их решение подтверждает, что группа была сильная, потому что ночевка выше границы леса – это достаточно сложно и холодно.
Название стенгазеты говорит о том, что дятловцы рассчитывали на следующий день дойти до Отортена. Сделать это они могли, лишь резко ускорив темп на насте выше границы леса. Соответственно, ни о каких ночевках в лесу (и вообще спусках к лесу) речи быть не могло. Это косвенно подтверждается фразой из дневника, где говорится, что следующая ночевка предполагается на открытом, продуваемом месте. Они расположились на ночлег прямо на склоне, в 300 м от вершины. Вырыли яму в снегу, поставили палатку.
«В одном из фотоаппаратов сохранился фотокадр (сделанный последним), на котором изображен момент раскопки снега для установки палатки, – говорится в постановлении о прекращении дела. – Учитывая, что этот кадр был снят с выдержкой 1/25 секунды при диафрагме 5,6, при чувствительности пленки 65 Ед. ГОСТ, а также принимая во внимание плотность кадра, можно считать, что к установке палатки приступили около 5 часов вечера 1.02.59 г. Аналогичный снимок сделан и другим аппаратом. После этого времени ни одной записи и ни одного фотоснимка не было обнаружено».
Опытные туристы подтвердили потом, что палатка была поставлена как надо, чтобы противостоять ветру. Вот отрывок из показаний С. Согрина:
«4 марта я, Аксельрод, Королев и трое москвичей поднимались к месту, где была палатка Дятлова. Все мы здесь пришли к единодушному мнению, что палатка была поставлена по всем туристским и альпинистским правилам. Склон, на котором стояла палатка, не представляет никакой опасности…»
Брошенную палатку со всем снаряжением и питанием нашли только 26 февраля, на 5-й день поисков. Первым на нее наткнулся Борис Слобцов, студент?третьекурсник Уральского политехнического института.
«Среди поисковиков наша группа была самая молодая, – вспоминал уже в наши дни Борис Ефимович, ставший начальником отдела ЗАО НТЦ „Радар" Института точных приборов. – Я до сих пор не могу понять, почему меня назначили руководителем. Это сейчас я могу сказать, что стал более или менее профессиональным спасателем, немцев в горах спасал, они мне за это орден вручили. А тогда даже в группе был не самым опытным.
Мне помнится, что в Ивдель мы прибыли первыми. Потом нас на вертолете забросили в горы, но не на Отортен, как было запланировано, а южнее. С нами были радист и охотник. Люди местные, старше нас. Они предполагали, что ничего хорошего в завершении этой эпопеи не предвидится. Мы, молодые, были совершенно убеждены, что ничего страшного не случилось. Ну, ногу кто?то сломал – соорудили укрытие, сидят, ждут.
В тот день нас было трое: местный лесник Иван, я и Миша Шаравин… Шли с перевала наискосок на северо-запад, пока не увидели… Палатка стоит, середина у нее провалена, но стоит. Представьте состояние 19-летних пацанов. Заглянуть в палатку страшно. И все же начинаем палкой ворошить – в палатку через открытый вход и разрез снегу немало набилось.
На входе в палатку штормовка висела. Как оказалось, дятловская. В кармане металлическая коробка… В ней деньги, билеты. Нас накачали: Ивдельлаг, кругом бандиты. А деньги на месте. Значит, уже не так страшно. Прорыли в снегу у палатки глубокую траншею, никого там не обнаружили. Жутко обрадовались. Взяли с собой несколько предметов, чтобы не влетело нам от ребят за „фантазии". Коробку, фляжку со спиртом, фотоаппарат, еще что-то. На лыжи – и ходу вниз.
Опять же хочу про психологию юнцов сказать. Мы в палатке сели, разлили этот спирт. И выпили за их здоровье. Два местных „кадра" предложили выпить за упокой. Так мы им чуть морду не набили. Были убеждены: ребята сидят где-то. А ведь месяц прошел! Фантазии у нас на другое не хватало.
По радиосвязи мы сообщили о находке. Нам сказали, что все группы будут переброшены сюда…»
В палатке никого не было, но зато на снегу остались хорошо видимые следы. Даже не следы в полном смысле этого слова, а спрессованные столбики снега: его выдуло ветром больше, чем на былую глубину отпечатков ног. Эти столбики уходили вниз, на северо-восток.

«Расположение и наличие предметов в палатке (почти вся обувь, вся верхняя одежда, личные вещи и дневники) свидетельствовали о том, что палатка была оставлена внезапно одновременно всеми туристами, причем, как установлено в последующем криминалистической экспертизой, подветренная сторона палатки, куда туристы располагались головами, оказалась разрезана изнутри в двух местах, на участках, обеспечивающих свободный выход человека через эти разрезы, – говорится далее в постановлении из уголовного дела. – Ниже палатки на протяжении до 500 м на снегу сохранились следы людей, идущих от палатки в долину и в лес…
Осмотр следов показал, что некоторые из них оставлены почти босой ногой (например, в одном х/б носке), другие имели типичное отображение валенка, ноги, обутой в мягкий носок, и т. п. Дорожки следов располагались близко одна к другой, сходились и вновь расходились недалеко одна от другой. Ближе к границе леса следы… оказались занесенными снегом. Ни в палатке, ни вблизи нее не было обнаружено следов борьбы или присутствия других людей…»
Что могло заставить туристов испортить единственное укрытие от холода и полураздетыми побежать в лес - Лавина - Никаких следов ее схождения не было, это ясно по сохранившейся палатке. В показаниях Евгения Поликарповича Масленникова, одного из руководителей поисков, говорится: «Палатка была растянута на лыжах и палках, забитых в снег, вход ее был обращен в южную сторону, и с этой стороны растяжки были целы, а растяжки северной стороны сорваны, и поэтому вся вторая половина палатки оказалась завалена снегом. Снегу было немного, то, что насыпало метелями в период февраля…»
Ураган? Однако в метеорологической сводке по Ивдельскому району говорится: «Осадков выпало меньше 0,5 мм. Ветер северо-северо-западный, 1-3 м/с. Метели, урагана, бурана не наблюдалось».
Палатка стояла, когда ее начали резать изнутри: ткань в тот момент была натянута, на ней остались ровные, почти прямые разрезы. Это сразу исключает все лавинно-ураганные версии, предполагающие, что палатку снесло и из-под нее людям пришлось пробивать себе путь с ножами в руках. Даже если и случилось так, зачем сразу уходить вниз по склону, не попытавшись взять рюкзаки, теплые вещи? Неужели они не понимали, что при температуре минус 25 градусов их шансы выжить без нормальной одежды минимальны?
Вскоре спасатели, которые пошли по уходящим вниз следам, обнаружили первые тела погибших. Тело Колмогоровой находилось на расстоянии 850 м, Слободина – за километр (нашли Рустема уже 5 марта), Дятлова – примерно за 1180 м и Дорошенко с Кривонищенко – за 1,5 км, у костра под кедром. Все они лежали на одной прямой, вдоль направления господствующего ветра, в пределах ложбины (рис. 4, 5).
Колмогорова лежала под 10-сантиметровым слоем снега. Одета она была по сравнению с другими достаточно тепло, но без обуви. Положение тела, рук, ног как бы говорило, что в последние минуты жизни она еще боролась на склоне с ветром. Дятлов лежал на спине, головой в сторону палатки, обхватив рукой ствол березки. На его правой ноге был шерстяной носок, на левой – хлопчатобумажный.
Чуть припорошенных снегом Дорошенко и Кривонищенко нашли рядом друг с другом. Дорошенко лежал на животе, Кривонищенко – на спине. И тот и другой – почти раздетые. На обоих лишь ковбойки и кальсоны, на ногах – тонкие носки. Так зафиксировано в протоколе. Если же верить фотографиям, сделанным на месте, то один из них лежал совершенно босой.
Слободин был одет сравнительно тепло, в карманах – коробка спичек, нож, расческа в футляре, карандаш, хлопчатобумажный носок. На правой ноге, обутой в черный валенок, были надеты носки: хлопчатобумажный, затем вигоневый, еще один хлопчатобумажный, за ним снова вигоневый. На левой ноге валенка не было, только носки, надетые в том же порядке.
«Когда мы поднялись через перевал к остальным, уже были найдены Дорошенко и Кривонищенко, – рассказал Борис Слобцов. – Это мы сейчас уверенно называем фамилии. А тогда Юру Дорошенко приняли за Золотарева. Я Юру знал, но тут не узнал. И даже мать его не узнала. И про пятый труп тоже гадали – Слободин это или Колеватов. Они вообще были неузнаваемые, кожа какого?то странного цвета…»

Про странный цвет кожи у погибших припоминали многие поисковики, включая Ивана Пашина, который первым нашел тела Слободина и Дятлова. Его родственник В. В. Плотников позднее говорил, что дядя ему рассказывал: цвет кожи у погибших был оранжево?красный, хотя ни особых повреждений тела, ни кровотечений не было. На это обстоятельство мало кто обратил внимание – снег, солнце, да и найти ребят долго не могли. Судмедэкспертиза также отметила своеобразный цвет кожи погибших, но в документах он уже другой – красновато-багряный. Может, цвет изменился после того, как тела оттаяли?. С невероятной тщательностью проверялся склон, по которому погибшие ребята устремились из палатки. Длинные, до 1,5 м, щупы пронзали слой снега. Люди шли фронтом, с небольшим интервалом, стараясь обследовать каждую пядь. На 12 кв. м, говорят, приходилось 6-8 уколов. И так весь световой день, под сильным ветром, на скользкой ледяной корке! Карабкались без альпинистского снаряжения, падали, получали травмы. Результатов не было, но комиссия требовала, настаивала: продолжить поиски, «найти любой ценой». Было ясно, что погибшие где-то здесь, уйти далеко они не могли.
Последние четыре трупа: Дубининой, Золотарева, Тибо?Бриньоля и Колеватова – обнаружили только 4 мая. Они лежали под толстым слоем снега, не очень далеко от костра, возле которого ранее были найдены тела Дорошенко и Кривонищенко. Трое из них, как показало вскрытие, скончались от несовместимых с жизнью травм, а не просто замерзли:
«Судебно-медицинской экспертизой установлено, что Дятлов, Дорошенко, Кривонищенко и Колмогорова скончались от действия низкой температуры (замерзли), ни один из них не имел телесных повреждений, не считая мелких царапин и ссадин. Слободин имел трещину черепа длиной 6 см, которая разошлась до 0,1 см, но умер Слободин от охлаждения.
4 мая 1959 года в 75 м от костра, по направлению к долине четвертого притока р. Лозьвы, то есть перпендикулярно пути движения туристов от палатки, под слоем снега в 4-4,5 м, обнаружены трупы Дубининой, Золотарева, Тибо-Бриньоля и Колеватова. На трупах, а также и в нескольких метрах от них обнаружена одежда Кривонищенко и Дорошенко – брюки, свитеры. Вся одежда имеет следы ровных разрезов, так как снималась уже с трупов Дорошенко и Кривонищенко. Погибшие Тибо-Бриньоль и Золотарев обнаружены хорошо одетыми, хуже одета Дубинина – ее куртка из искусственного меха и шапочка оказались на Золотареве, разутая нога Дубининой завернута в шерстяные брюки Кривонищенко. Около трупов обнаружен нож Кривонищенко, которым срезались у костра молодые пихты. На руке Тибо обнаружено двое часов – одни из них показывают 8 часов 14 минут, вторые – 8 часов 39 минут.
Судебно-медицинским вскрытием трупов установлено, что смерть Колеватова наступила от действия низкой температуры (замерз). Колеватов не имеет телесных повреждений. Смерть Дубининой, Тибо-Бриньоля и Золотарева наступила в результате множественных телесных повреждений.
У Дубининой имеется симметричный перелом ребер: справа 2, 3, 4, 5 и слева 2, 3, 4, 5, 6, 7. Кроме того, обширное кровоизлияние в сердце. Тибо-Бриньоль имеет обширное кровоизлияние в правую височную мышцу, соответственно ему – вдавленный перелом костей черепа размером 3-7 см… Золотарев имеет перелом ребер справа 2, 3, 4, 5 и 6… что и повлекло его смерть…»
С такими травмами самостоятельно пройти расстояние от палатки до кострища категорически невозможно. Значит, что?то произошло с ними около кромки леса, где следы идущих пока что своими ногами оказались засыпанными снегом, или неподалеку от разожженного костра. Что-то непонятное, не оставившее следов на коже, но при этом раздробившее ребра, как яичную скорлупу.
Экспертиза позже установила, что погибшие принимали пищу за б-8 часов до смерти. Это мог быть как обед, так и ужин. Скорее, ужин, так как люди разделись, они уже легли или ложились спать. Кто-то из них вышел из палатки по малой нужде с фонариком в руках. Этот фонарик принадлежал Дятлову, но выходил с ним, наверное, Тибо-Бриньоль – единственный, кто оказался почти полностью одет и обут. Обычно выходящий человек невольно будит соседей, и они тоже выходят «отлить», чтобы не будить всю палатку лишний раз. И тут случилось что-то, заставившее ребят срочно бежать. Человек, вышедший наружу, мог увидеть нечто и поднять крик, но резать из-за этого палатку? Допустим, он кричит: «Вылезайте, быстрее!» Страшно кричит. Все равно все полезут через вход, недоумевая, что там такое происходит. Скорее всего, к тому моменту уже все могли видеть яркий свет, бьющий сквозь полотнище, слышать какой-то звук или ощущать сотрясение почвы. Или «нечто» было невидимым и бесшумным, бьющим прямо по разуму, способности здраво соображать?

В донесениях сказано, что в 10 м от входа в палатку лежали меховая куртка Дятлова, пара тапок и пара носков. Видимо, Дятлов, готовясь ко сну, чтобы не разбрасывать вещи, засунул носки в тапки, а тапки завернул в куртку. Такой сверток удобно подложить под голову. Тут возникло «нечто». Игорь Дятлов выбежал, машинально держа сверток в руках, а потом его бросил, настолько силен был ужас. Это еще раз подтверждает, что наружу выходил не сам Дятлов, а кто-то другой с его фонариком. Фонарик «другой» (Тибо?) тоже выбросил, хотя бежать по неровному заснеженному склону в темноте опасно. На камнях и выдутых карнизах легко можно поломать руки и ноги, но дятловцы получили совсем другие травмы. Эксперты были единодушны: падения при бегстве оставили на их телах только поверхностные травмы и ссадины. Падать там есть куда, но до леса все дошли благополучно.
В подавляющем большинстве случаев при падениях наблюдаются повреждения верхних и нижних конечностей (65%), затем повреждения головы (22%), повреждения груди, живота и таза (3 %), а также комбинации повреждений (10 %). В нашем случае у Слободина и Тибо-Бриньоля – черепно?мозговая травма, у Дубининой и Золотарева – травмы грудной клетки. По сравнению со статистикой – 50 % повреждения головы (вместо 22 %) и 50 % травм грудной клетки (вместо 3 %). И ни у кого нет повреждений конечностей.
При том, что за ними никто не гнался, по крайней мере никто, оставляющий на снегу следы, туристы пробежали 1,5 км достаточно тесной группой. Если бы это был некий предмет или объект, вроде шаровой молнии, логичнее разбежаться врассыпную. Неужто окрестности палатки, вообще открытое место казалось им «зоной опасности»? Но какой?
Вот тут-то и пришлось вспомнить о загадочных «огненных шарах», пролетавших над Уралом. Про них упоминали все дожившие до наших дней криминалисты, которые в те годы принимали участие в следствии. Эти «шары» видели не только 17 февраля и 31 марта, но и в ночь с 1 на 2 февраля, когда произошла драма у горы Холатчахль!

 

РАССКАЗЫВАЮТ СЛЕДОВАТЕЛИ

Прокурор Лев Никитич Иванов, который завел уголовное дело по факту гибели туристов, много лет спустя работал адвокатом в Кустанае.
«Как прокурор-криминалист я обязан был включаться в расследование или возглавлять следствие по самым сложным делам, – вспоминал он. – Так я оказался в непроходимой уральской тайге, в брезентовой палатке, в самое лютое зимнее время, с февраля помай…
Осмотр палатки показал, что в ней в неприкосновенности сохранилась верхняя одежда туристов – куртки, брюки, рюкзаки со всем их содержимым (рис. 6). Известно, что туристы даже зимой, устраиваясь на ночлег в палатке, снимают верхнюю одежду. Это, между прочим, делали и мы в своей палатке, хотя температура в ней никогда не поднималась выше минус четырех градусов…
8 палатке и. около нее не было ни одной капли крови, что говорило о том, что все туристы покинули палатку без телесных повреждений. Последнее обстоятельство будет иметь в дальнейшем очень важное значение.
От палатки с горы в долину шло иногда 8, иногда 9 дорожек следов. В условиях гор с переохлажденным снегом следы не заметаются, а наоборот, выглядят как столбики, так как снег под следами уплотняется, а вокруг следа выдувается. Наличие девяти дорожек следов подтверждало, что все туристы шли самостоятельно, никто никого не нес. А вот дальше произошла загадка. В 1,5 км от палатки, в долине реки, у старого кедра, туристы после бегства из палатки развели костер и здесь стали погибать один за одним.
На основе проявленных пленок, экспонированных туристами перед ночлегом, с учетом плотности негативов, чувствительности пленки (так как сохранились коробочки от нее), установок диафрагмы и выдержки на аппаратах мне удалось „привязать" кадры ко времени съемки и получить богатейшую информацию, но это не отвечало на главный вопрос: что явилось причиной бегства туристов из палатки.

При расследовании дел не бывает второстепенных деталей – у следователей бытует девиз: внимание мелочам! Около палатки был обнаружен естественный след того, что один мужчина выходил для малой нужды. Выходил он разутым, в одних шерстяных носках („на минутку"). Затем этот след необутых ног прослеживается вниз, в долину.
Были все основания построить версию, что именно этот человек подал сигнал тревоги и у него самого уже не было времени обуться. Значит, была какая-то страшная сила, которая испугала не только его, но и всех других, заставив их аварийно покинуть палатку и искать убежище внизу, в тайге. Найти эту силу или хотя бы приблизиться к ней и была задача следствия (рис.7, 8).

26 февраля 1959 года внизу, у кромки тайги, мы нашли остатки небольшого костра и здесь же обнаружили тела раздетых до нижнего белья туристов Дорошенко и Кривонищенко. Затем в направлении палатки было обнаружено тело Игоря Дятлова, невдалеке от него еще двое – Слободин и Колмогорова. Не детализируя, скажу, что последние трое были наиболее физически сильными и волевыми личностями, они ползли от костра к палатке за одеждой – это было совершенно очевидно по их позам. Последующее вскрытие показало, что погибли эти трое мужественных людей от охлаждения – замерзли, хотя и были одеты лучше других.

Уже в мае, около костра, под пятиметровым слоем снега мы обнаружили погибших Дубинину, Золотарева, Тибо-Бриньоля и Колеватова. При внешнем осмотре и на их телах не было повреждений. Сенсация наступила, когда в условиях Свердловского морга мы провели вскрытие и этих трупов. Дубинина, Тибобриньоль и Золотарев имели обширные, совершенно несовместимые с жизнью телесные внутренние повреждения. У Люды Дубининой, например, были сломаны справа 2, 3,4, 5 ребра и слева 2,3,4, 5, 6, 7. Один обломок ребра даже проник в сердце. У Золотарева были сломаны 2, 3, 4, 5, 6 ребра. Заметьте, все это без видимых внешних телесных повреждений. Такие повреждения, как я описал, обычно бывают, когда на человека действует направленная большая сила, например, автомобиль на большой скорости. Но таких повреждений нельзя получить от падения с высоты собственного роста. В окрестностях горы… были занесенные снегом валуны и камни разной конфигурации, но они не находились на пути туристов (вспомните дорожки следов), и камни эти, естественно, никто не бросал… Наружных кровоподтеков не было. Следовательно, была направленная сила, которая избирательно действовала на отдельных людей…
Когда уже в мае мы с Е. П. Масленниковым осматривали место происшествия, то обнаружили, что некоторые молодые елки на границе леса имеют обожженный след, но эти следы не носили концентрической формы или иной системы. Не было и эпицентра. Это еще раз подтверждало направленность как бы теплового луча или сильной, но совершенно неизвестной, во всяком случае нам, энергии, действующей избирательно, – снег не был оплавлен, деревья не были повреждены. Создавалось впечатление, что когда туристы на своих ногах прошли более 500 м вниз с горы, то с некоторыми из них кто-то направленным образом расправился…
Когда совместно с прокурором области я доложил начальные данные первому секретарю обкома партии Л. П. Кириленко, тот дал четкую команду – всю работу засекретить и ни одного слова информации не должно было просочиться. Кириленко приказал похоронить туристов в закрытых гробах и сказать родственникам, что туристы погибли от переохлаждения…
Когда шло расследование, в газете „Тагильский рабочий" появилась крошечная заметка… Этот светящийся объект двигался бесшумно в сторону северных вершин Уральских гор. Автор заметки спрашивал: что бы это могло быть? За публикацию такой заметки редактору газеты объявили взыскание, а мне в обкоме предложили эту тему не разрабатывать. Руководство следствием по моему делу взял в свои руки второй секретарь обкома партии А. Ф. Ештокин.
В то время мы еще очень мало знали о неопознанных летающих объектах, не знали мы и о радиации. Запрет на эти темы вызывался возможностью даже случайного расшифрования сведений о ракетной и ядерной технике, развитие которой в то время по?настоящему только начиналось, а в мире был период, который называли периодом „холодной войны".
А следствие-то вести надо, я же профессиональный криминалист и должен найти разгадку. Я все же решил, несмотря на запрет, с сохранением высшей степени секретности поработать над этой темой, так как остальные версии, включая нападение людей, зверей, падение при урагане и т. п., исключались добытыми материалами.
Мне было ясно, кто и в какой последовательности погибал, – все это дало тщательное исследование трупов, их одежды, другие данные. Оставались только небо и его наполнение – неведомая нам энергия, оказавшаяся выше человеческих сил.
Сговорившись с учеными УФАНа (Уральского филиала Академии наук СССР), я провел очень обширные исследования одежды и отдельных органов погибших на „радиацию". Причем для сравнения мы брали одежду и внутренние органы людей, погибших в автомобильных катастрофах или умерших естественной смертью.
Результаты оказались удивительными. Для неспециалистов результаты анализа ничего не скажут, и я назову лишь такие: коричневый свитер одного туриста, имевшего телесные повреждения, давал 9900 распадов в минуту, а после промывки образца – 5200 распадов, то есть эти данные говорят о наличии радиоактивной „грязи", которая отмывалась. Надо сказать, что до обнаружения этих трупов они усиленно обмывались талой водой под снегом, там текли целые реки. Следовательно, радиационная „грязь" в момент гибели туриста была во много раз больше…»
Много это или мало – 9900 распадов в минуту? Вот ответ, который дали на соответствующий запрос специалисты одной из лабораторий Института экологии растений и животных УрО РАН:
«К сожалению, данных экспертизы о загрязненности одежды погибших туристов, имеющихся в деле, недостаточно. Они вызывают новые вопросы… Если исходить из максимального уровня загрязненности 9900 расп./мин на 150 кв. см поверхности, то расчеты показывают, что уровень „фонирования" свитера лишь на немного превышает естественный фон в Екатеринбурге– 10?18 мкр/ч. Можно предположить, что подобное увеличение загрязненности радионуклидами – результат атмосферных выпадений от испытаний ядерного оружия на северных полигонах. Примечательно, что именно на свитере обнаружены максимальные уровни загрязнения. Возможно, это обусловлено достаточно высокими сорбционными свойствами материала, который мог сорбировать на себе радиоактивные вещества из талой воды».
Откуда могла просыпаться на погибших радиоактивная пыль? Версию о ядерном взрыве можно сразу отбросить: в то время на территории России не было ядерных испытаний в атмосфере. Последний взрыв перед этой трагедией прогремел 25 октября 1958 года на Новой Земле. Уже то, что пленки, изъятые из фотоаппаратов погибших, не были засвечены, говорит против версии о гибели из-за радиации. Уже в наши дни вспомнили, что Александр Колеватов по долгу службы не раз имел дело с радиоактивными веществами, а Юрий Кривонищенко работал в Челябинске-40 и буквально чудом уцелел в 1957 году, когда под Кыштымом рванула большая емкость с радиоактивными отходами. Скорее всего, он притащил смертоносную пыль на своей одежде: упоминавшиеся в протоколах зараженные радиацией вещи оказались на разных людях, но в основном принадлежали именно Кривонищенко. В то небогатое время свитеры служили многие годы, да и стирали их нечасто. Прокурор Иванов, не добравшись до таких подробностей, заподозрил, что радиоактивными были именно летающие объекты:
«Как прокурор, которому в то время уже приходилось заниматься некоторыми секретными вопросами обороны, я отбрасывал версию испытания атомного оружия в этой зоне. Тогда?то я и стал вплотную заниматься „огненными шарами".
Допросил много очевидцев пролета, зависания и, попросту говоря, посещения неопознанными летающими объектами Приполярного Урала. Кстати говоря, когда с НЛО, то есть неопознанными летающими объектами, связывают обязательно инопланетян, я с этим не согласен. НЛО надо расшифровывать как неопознанные летающие объекты, и только так. Многие данные говорят о том, что это могут быть и не понятые современными людьми и необъясненные современными данными науки и техники сгустки энергии, воздействующие на живую и неживую природу, встречающуюся на их пути. Видимо, мы встретились с одним из них…
Это уже было делом техники – разыскать и других людей, кто по ночам и вечерам в январе-феврале 1959 года по долгу службы не спал, а находился на дежурстве под открытым небом. Теперь ни для кого не секрет, что зона Ивделя – это в то время был сплошной „архипелаг" лагерных пунктов, образующих Ивдельлаг, который охранялся круглосуточно…
Изучение дела теперь полностью убеждает, да и тогда я придерживался версии гибели студентов-туристов от воздействия неизвестного летающего объекта. На основании собранных доказательств роль НЛО в этой трагедии была совершенно очевидной… Если раньше я считал, что шар взорвался, выделив совершенно неизвестную нам, но радиоактивную энергию, то теперь я считаю, что действие энергии из шара было избирательным, оно было направлено лишь на трех человек.
Когда я доложил А. Ф. Ештокину о своих находках – огненных шарах, радиоактивности, тот дал совершенно категорическое указание: абсолютно все засекретить, опечатать, сдать в спецчасть и забыть об этом. Надо ли говорить, что все это было точно выполнено?
Чтобы нынешнее поколение не судило нас очень строго за нашу работу, скажу, что и сегодня о старых делах, когда еще живы очевидцы, не говорят всю правду.
Недавно я прочел в центральной прессе, что при уничтожении под Свердловском самолета-разведчика Пауэрса был сбит и советский самолет, ведомый летчиком Сафроновым. Пишет об этом бывший командир батареи, сбивший оба самолета, в то время майор Воронов. Но ведь о том, что были сбиты два самолета, в том числе и наш, еще тогда знали тысячи людей. Тысячи людей видели, как наш истребитель врезался в землю под городом Дегтярском, что недалеко от Первоуральска, но ведь 30 лет наша пресса об этом ничего не писала. Я, как и многие другие, видел, как шли сначала одна, а потом вторая ракета, как сбитые самолеты разошлись в разные стороны: один – в сторону Сысерти (Пауэрс), второй – в противоположном направлении, в сторону Ревды (наш самолет). А вот опубликовали об этом только через столько лет.
За 40 лет работы в органах прокуратуры, а большую часть этого времени я был допущен к сверхзакрытой информации, я до сих пор не могу понять, для чего надо было врать народу?
Я не хочу этим оправдать свои действия по засекречиванию событий с огненными шарами и гибелью большой группы людей. Я просил корреспондента опубликовать мои извинения родственникам погибших за искажение истины, укрытие от них правды, а поскольку в четырех номерах газеты для этого не нашлось места, я этой публикацией приношу семьям погибших, особенно Дубининой, Тибо-Бриньоля, Золотарева, свои извинения. В свое время я пытался сделать все, что мог, но в стране была в то время, как говорят юристы, „неодолимая сила", победить ее стало возможным только теперь. И еще раз об огненных шарах. Они были и есть. Надо только не замалчивать их появление, а глубоко разбираться в их природе. Подавляющее большинство информаторов, встречавшихся с ними, говорят о мирном характере их поведения, но, как видите, бывают и трагические случаи. Кому-то было надо устрашить, или наказать людей, или показать свою силу, и они сделали это, погубив трех человек.
Я знаю все детали этого происшествия и могу сказать, что больше меня об этих обстоятельствах знают только те, кто был в этих шарах. А были ли там „люди" и есть ли они там всегда – это пока никто не знает.. .»
Ту же причину гибели туристов называет и другой следователь – Владимир Иванович Каратаев. В 1959 году он работал в Ивдельской прокуратуре и тоже начинал вести расследование, но потом был отстранен:
«На месте катастрофы я оказался одним из первых. Довольно быстро выявил около десятка свидетелей, которые рассказали, что в день убийства студентов пролетал какой-то шар. Свидетели: манси Анямов, Санбиндалов, Куриков – не только описали его, но и нарисовали (рисунки эти из дела потом изъяли). Все эти материалы вскоре затребовала Москва… Я передал их прокурору Ивделя Темпалову, тот отвез в Свердловск.
Затем меня приглашает к себе первый секретарь горкома партии Проданов и прозрачно намекает: есть, мол, предложение – дело прекратить. Ясно, не его личное, не иначе как указание „сверху"… Буквально через день-другой я узнал, что его взял в свои руки Иванов, который быстренько его и свернул…
Конечно, не его в этом вина. На него тоже давили. Ведь все совершалось в режиме страшной секретности. Приезжали какие-то генералы, полковники, строго предупреждали нас, чтоб зря язык не распускали. Журналистов вообще на пушечный выстрел не подпускали…»
В другом интервью Каратаев заявил:
«…Я так и сказал первому секретарю: здесь убийство! Потому что сам откапывал трупы и раскладывал по ящикам внутренности ребят. Двое погибли под кедром, трое замерзли на склоне, а еще четверо – у ручья. Их убило нечто, упавшее с неба, я не сомневаюсь. По всей видимости, было две взрывных волны. Одной накрыло Дубинину, Золотарева, Колеватова и Тибо. Они погибли первыми. Вторая волна догнала остальных. По всей видимости, она оказалась слабее, или ребята, убегая, смогли укрыться. По крайней мере, они остались в сознании. Первым делом стали разводить костер. Ломали такие толстые сучья кедра, которые нам, здоровым мужикам, было не под силу даже согнуть. Видимо, сработал не столько инстинкт самосохранения, сколько глубокое эмоциональное потрясение. Самые одетые отправились к палатке. Но никто не дошел: возможно, были ослеплены вспышкой. Ближе всех к лагерю добралась Зина Колмогорова. Ее обнаружили в 400 м. Ниже – Игорь Дятлов и Рустем Слободин…
Я отказался списать смерть туристов на переохлаждение. А ведь именно так доложили Хрущеву. Меня сняли за несговорчивость, и через 20 дней дело уже было закрыто. Когда я обнаружил его в архиве, там уже не было ни данных судебно-медицинской экспертизы, ни свидетельств очевидцев, которые неоднократно наблюдали появление на небе странных, летающих, светящихся объектов…»
Уголовное дело, однако, полностью очистить от упоминаний об «огненных шарах» в ночь с 1 на 2 февраля не удалось. В радиограмме Е. П. Масленникова, датированной 2 марта 1959 года, говорится: «…Главной загадкой трагедии остается выход всей группы из палатки тчк Единственная вещь кроме ледоруба найденная вне палатки китайский фонарик на ее крыше подтверждает вероятность выхода одного одетого человека наружу который дал какое-то основание всем остальным поспешно бросить палатку тчк Причиной могло быть какое-нибудь чрезвычайное природное явление полет метеорологической ракеты которую видели 1/11 в Ивделе и видела группа Карелина тчк Завтра продолжим поиски».Римма Колеватова, сестра погибшего Александра Колеватова, заявила во время допроса в прокуратуре:
«Мне пришлось каждого из погибших, найденных туристов похоронить. Почему у них такие коричневые с темным оттенком руки и лица? Чем объяснить тот факт, что четверо тех, кто был у костра и остался, по всем предположениям, живым, не сделали никакой попытки возвратиться в палатку? Если они были значительно теплее одеты (по тем вещам, которых не хватает среди обнаруженных в палатке), если это стихийное бедствие, безусловно, пробыв у костра, ребята непременно поползли бы к палатке. Целиком группа не могла погибнуть от бурана. Почему они так панически бежали из палатки?
Группа туристов педагогического института, географического факультета (с их слов), которая была на горе Чистоп (юго-восточнее), видела в эти дни, в первых числах февраля, в районе г. Отортен какой?то огненный шар. Такие же огненные шары были зафиксированы и позднее. Какого они происхождения? Не могли ли они стать причиной гибели ребят? Ведь в группе собрались выносливые и бывалые люди. Дятлов в этих местах был уже третий раз. Люда Дубинина сама водила группу на г. Чистоп зимой 1958 года, многие из ребят (Колеватов, Дубинина, Дорошенко) были в походах на Саянах. Не могли они погибнуть только от разбушевавшегося бурана».
Александр Дубинин, отец Люды Дубининой, во время допроса высказал все, что думал по поводу гибели группы. Тогда последние четверо еще не были найдены:
«Я слышал разговоры студентов УПИ, что бегство раздетых людей из палатки вызвано взрывом и большим излучением… заявление зав. административным отделом обкома КПСС т. Ермаша, сделанное сестре погибшего т. Колеватовой, о том, что остальные не найденные сейчас 4 человека могли прожить после смерти найденных не более 1,5-2 часов, заставляет думать, что вынужденное, внезапное бегство из палатки вследствие взрыва снаряда и излучения… „начинка" которого вынудила… бежать от нее дальше и, надо полагать, повлияла на жизнедеятельность людей, в частности на зрение.
Свет снаряда 2/И около 7 часов утра видели в г. Серове. Наблюдала это, по рассказам студентов УПИ, и некая группа туристов, бывшая в то время в походе у горы Чистоп…»
Моисей Абрамович Аксельрод, один из поисковиков, в наши дни тоже вспоминал о пролетах «шаров» – к сожалению, без точной даты:
«Многие наблюдали неестественное свечение каких-то небесных объектов на Среднем и Северном Урале в начале 1959 года. Яркие шары, пролетающие в те дни по небу, видели в числе прочих известные туристы Г. Карелин, Р. Седов. Пульсирующий круг, движущийся по горизонтали, видел и я сам…»
Мог ли напугать ребят просто пролетевший мимо «огненный шар»? Вряд ли: они спокойно вылезли бы из палатки полюбоваться красивым зрелищем, но не стали бы ее резать. Да и длится подобное зрелище гораздо меньше, чем было затрачено ими на преодоление 1,5 км босиком. 17 февраля и 31 марта «шар» наблюдался 15-20 минут. Побегав столько времени на морозе в одних носках, поневоле отойдешь от паники и задумаешься: куда же это я бегу, что меня там ждет? Значит, «что?то» надвигалось на них со стороны перевала, оттесняя к лесу.
Остановившись у кедра, ребята не могли вернуться назад: «что-то» было еще там. Что делать? Конечно, развести костер, чтобы хоть как-то согреться: опытные туристы не расстаются со спичками в герметичной упаковке. Костер разжигали все вместе: объем работы был слишком велик. В показаниях одного из поисковиков, Г. Атманаки, говорится:
«Сторона кедра, обращенная в сторону склона, на котором стояла палатка, была очищена от ветвей на высоте 4-5 м. Но эти сырые ветви не были использованы и частично валялись на земле, частично повисли на нижних ветвях кедра. Было похоже, что люди сделали нечто наподобие окна, чтобы можно было с высоты осмотреть ту сторону, откуда они пришли и где находилась их палатка… Объем проделанной около кедра работы, а также наличие многих вещей, которые заведомо не могли принадлежать двум найденным товарищам, говорят о том, что у костра собралась большая часть, если не вся группа, которая, сделав костер, оставила часть людей у него. Часть решила вернуться назад, чтобы отыскать палатку и принести теплые вещи и снаряжение, а оставшиеся товарищи занялись изготовлением чего-то наподобие норы, где был использован заготовленный лапник, чтобы переждать непогоду и дождаться рассвета…»
Дятловцы понимали, что оставаться на пронизывающем ветру было равносильно смерти, поэтому послали троих на разведку – Слободина, Дятлова и Колмогорову. «Что-то» оставалось в непосредственной близости от палатки или по направлению к ней и освещало ее, так как ушедшие трое ясно видели цель движения. Неизвестно, ушли ли они к палатке группой или уходили по одному. На мой взгляд, они уходили по одному, и первым ушел Дятлов, как ответственный за группу. Но он не дошел, потерял сознание и умер. За ним по очереди ушли Слободин и Колмогорова, повторив судьбу Дятлова.
Когда человек умирает от переохлаждения, он инстинктивно сворачивается «в позу эмбриона», пытаясь сохранить уходящее тепло. Трое ушедших к палатке лежали в «динамических» позах: они потеряли сознание из-за какого-то воздействия и лишь потом замерзли. Колмогорова прошла дальше всех…
Оставшиеся шесть туристов разделились – Кривонищенко и Дорошенко остались у костра и поддерживали его в качестве ориентира ушедшим к палатке, Колеватов, Тйбо, Дубинина и Золотарев вырыли снежную пещеру на склоне ложбины и сделали в ней настил из пихтовых веток, где прятались от ветра. Костер у кедра горел долго – около двух часов. Оставшиеся у кедра залезали на дерево, чтобы рассмотреть, что же случилось с ушедшими, почему они не доходят до палатки, пропадая из виду – падая на снег, для этого они проделали «окно» в кроне дерева по направлению к палатке.
Потом настала очередь тех, кто остался внизу. Судя по одежде, найденной на трупах, ранения были получены ими в разное время. После появления первых раненых Дубинина была еще цела и делилась одеждой, отдав часть вещей кому-то из двоих – Кривонищенко или Дорошенко. Они находились на ветру у кедра, поддерживая костер, а четверым в укрытии было не так холодно, как им. Это произошло до того, как Дубинина получила травмы, и, естественно, до гибели Кривонищенко и Дорошенко. А потом сама оказалась в числе пострадавших, ее одежда уже затерялась, и пришлось для нее срезать теплые вещи с других трупов. Судя по расположению погибших, двое из них, найденные рядом, как бы в обнимку, двигались именно к настилу. Золотарев нес Тибо-Бриньоля на спине, перекинув руку товарища через плечо, – Коля оказался травмированным раньше него. А Кривонищенко, видимо, погиб еще раньше: именно его часы были вторыми на руке у Тибо-Бриньоля. Все это исключает версию о взрыве и ударной волне.
Еще одно обстоятельство не давало покоя всем поисковикам: ребята вели себя у кедра как-то нерационально, словно были в глубоком шоке или ослепли. Писатель Анна Матвеева, автор документальной повести «Перевал Дятлова», заметила: «Почему Кривонищенко и Дорошенко, опытные туристы, так неумело разводили костер и вообще действовали так, словно плохо видели? – Они пытались отломать толстые, высокие ветки, а там ведь были и более низкие: что, они не заметили их?» Ее мнение разделяет и Слобцов: «Чего-то необычного на местности, на что можно было бы опереться, я, честно говоря, не заметил. Вот только было ощущение, что ребята действовали на ощупь. Стоят, например, на обозримом расстоянии два дерева. Одно больше подходит для костра, другое – меньше. Зачем создавать себе дополнительные трудности, более толстые ветки ломать?! Получается, что именно на это дерево человек наткнулся, а более удобное пропустил. В какой-то момент они утратили способность видеть?..»
Отец Юрия Кривонищенко на месте трагедии не был, однако выспрашивал детали у друзей сына, участвовавших в поисках. Его заявление в прокуратуре также можно рассматривать как достаточно достоверный источник информации. Вот что привлекло его особое внимание: «Ребята утверждают, что костер возле кедра погас не от недостатка топлива, а от того, что в него перестали подбрасывать сучья. Это, очевидно, могло быть потому, что люди, бывшие у костра, не видели, что надо делать, или были ослепленные. По словам студентов, в нескольких метрах от костра находилось сухое дерево, а под ним – валежник, который не был использован. При наличии костра не использовать готовое топливо – это мне кажется более чем странно…»
Однако «смотровая площадка» на кедре и то, что трое ушедших явно видели, к чему идут, как-то не сочетается с версией о слепоте. Можно лишь предположить, что воздействие, оказанное на Дорошенко и Кривонищенко, было несмертельным, они даже не потеряли сознание, как те, что ползли к палатке: они сначала ослепли и уже потом, будучи не в состоянии поддерживать костер, замерзли насмерть. Те, кто находились в снежном укрытии, избежали слепоты, и «чему-то» пришлось прибегнуть к более радикальным мерам.
Чем же было разумное «что-то»? Версии, бравшие за основу «человеческий фактор», следователи отвергли еще в 1959 году. Беглые зэки, манси или солдаты с автоматами разворошили бы палатку, украли деньги, выпили спирт. И не могло у них быть сложной техники, способной оглушить человека на расстоянии. Переломать ребра живому человеку, не повредив при этом кожу и не пролив кровь, невозможно ни ногой, ни прикладом. К тому же, когда кого-то избивают, он обычно инстинктивно прикрывается руками, защищая голову, но у дятловцев не было ни сломанных рук, ни раздробленных пальцев.
Если бы их хотели убить, то убили бы сразу и без долгих, сложных инсценировок. Раздели бы догола и выгнали на мороз, не дав взять с собой ни ножей, ни спичек. Или просто расстреляли бы, а трупы вывезли на вертолете и сбросили вместе с палаткой в одно из бесчисленных болот.
В 1957-1959 годах в СССР проходили испытания первой баллистической ракеты Р-7 (знаменитой «семерки» Сергея Королева). Ракеты запускали с космодрома Байконур таким образом, чтобы их боеголовки падали на камчатском полигоне Кура.
Совпадение это или нет, но именно 17 февраля 1959 года, когда тысячи жителей Урала видели что-то загадочное в небе, был осуществлен первый запуск серийной модели ракеты Р-7 с космодрома Байконур. Через 28 минут головная часть «семерки» достигла цели в районе Куры.
Можно ли было увидеть запуск «семерки» из окрестностей Ивделя, приняв его за НЛО? Не исключено, потому что при определенных условиях запусковые эффекты от баллистических и космических ракет видны за тысячи километров. В таком случае становится понятным и еще одно наблюдение «шара» 17 февраля 1959 года, на сей раз в Ульяновске – за сотни километров от Ивделя:
«Читатель Павлов из Богдашкинского района обратился в редакцию газеты с письмом, в котором просит объяснить необычное небесное явление.
„17 февраля рано утром, – пишет он, – мы видели, как в восточной части неба пролетел огненный шар, оставляя после себя дугообразный яркий свет. Это явление очень заинтересовало жителей нашей деревни. Прошу вас ответить, что бы это могло быть?"
С такими же письмами к нам обратились товарищи Гиматов, Москалев, Харитонов, Клопков и другие. Ниже публикуется ответ на эти письма…»
Н. А. Демокритов, преподаватель Ульяновского педагогического института, с ответом отнюдь не затруднился: «…17 февраля на территории Ульяновской области наблюдался полет болида. Болид имел вид огненного шара размером с полную Луну, с более яркой центральной частью. Он пролетелоколо 6 часов утра местного времени в восточной части неба в северном направлении».
6 часов местного времени в Ульяновске – это 7 часов на Урале.
31 марта с Байконура стартовала очередная «семерка», но на этот раз запуск был неудачным. А 1-2 февраля на космодроме ничего не запускали…
Житель Сыктывкара В. Лебедев – участник поисковых работ, хорошо знавший всех погибших, решил выяснить, не запускалась ли 1 февраля 1959 года ракета в сторону Ледовитого океана и не была ли она уничтожена на Северном Урале?
«В интересующий вас период (с 25 января по 5 февраля 1959 года), – гласил ответ, – с космодрома Байконур запуски баллистических ракет и ракет космического назначения не проводились… Однозначно утверждаем, что падение ракеты или ее фрагментов в указанный вами район невозможно».
«Королевские» ракеты с Капустина Яра и Байконура запускались исключительно на восток и Урал никоим образом не задевали. Космодром Плесецк тогда еще только строился. Если даже представить, что какая?то гипотетическая ракета залетела на Урал… Она ведь не совершает никаких угрожающих маневров, а просто летит. Или падает. В первом случае людям ни к чему убегать за 1,5 км. Во втором случае они просто не успеют это сделать. Если ракета опустилась так низко, что огненный хвост достиг земли, то она упадет где-то близко. А значит– поваленная тайга, воронка, все, что рядом, разметано в клочья. Этого на Холатчахле не было.
Пробы земли и спилы деревьев, росших у места трагедии, не показали наличия каких?либо остатков ракетного топлива.
Остается только «нечеловеческий фактор», о котором пытался нам рассказать бывший прокурор: воздействие НЛО.
Самая распространенная эмоция при близком наблюдении НЛО – это страх, ужас и паника. Уфолог А. С. Кузовкин, изучив 2000 сообщений об НЛО, отметил, что в 141 случае (целых 7 процентов) «присутствуют указания на то, что очевидцы испытывают чувство страха, иногда очень сильного». И это не просто страх перед неведомым явлением – людей охватывает ужасное, непреодолимое чувство, перед которым рассудок бывает бессилен. Ученые предполагают, что так может действовать инфразвук.
В начале июля 1975 года четверо молодых людей: Шавкат Утешев, Светлана Калинчук, Наталья Григорьева и Александр Шаповалов – тоже встретились с «шаром». Они остались в живых, но воспоминания о «контакте» врезались в их память на всю оставшуюся жизнь. Ребята отдыхали близ поселка Юсупхона на берегу Чарвакского водохранилища в Узбекистане. Незаметно летело время, опустились сумерки. Заночевали прямо на берегу. Около 3 часов ночи все четверо проснулись, почувствовав безотчетный страх. Первое, что они увидели, был светящийся шар, медленно, плавно появляющийся из воды на расстоянии 700-800 м. Он излучал «холодный и мертвый» белый свет, напоминающий лампы дневного освещения, но в сотни раз ярче. Вокруг становилось светло как днем, было видно каждую травинку.
«Столь невероятное зрелище мы наблюдали в абсолютной тишине в течение 6?7 минут и все время испытывали чувство животного страха, – рассказывал Александр. – Это жуткое чувство можно сравнить с тем, которое человек испытывает при землетрясениях. Мы испытали именно животный страх, потому что другим словом невозможно выразить те чувства и потрясение, которое все тогда пережили. Только через полчаса мы смогли говорить друг с другом…»
Шаповалов и его друзья не смогли никуда убежать, парализованные ужасным чувством, но их никто и не собирался убивать. Наверное, такой задачи не было и у НЛО, который зависал над склоном Холатчахля: он просто спугнул нежданных гостей, которые появились в этом важном для пришельцев месте. Только появление Дятлова, Слободина и Колмогоровой, идущих к палатке, спровоцировало НЛО на их ликвидацию, а потом – на поиск и уничтожение оставшихся шестерых. Временная слепота и изменение окраски кожи тоже вписываются во «внеземную» версию.
Сегодня редкая туристическая группа, совершающая поход в описанных местах, проходит мимо «Перевала Дятлова». То, что произошло тогда у Холатчахля, постепенно становится легендой, навсегда войдя в народный фольклор. Теперь новые поколения поют под гитару у костра, вспоминая ребят, навеки оставшихся молодыми:

Вспорот был борт палатки. Вихри неслись по склону.
Сделали черное дело случай злой и мороз.
В этой неравной схватке сильным и закаленным,
Хоть и боролись смело, сдаться смерти пришлось…
Спите, родные, спите. Спи, Игорек и Зина.
Спите, друзья туристы, крепким могильным сном.
Сна уже не нарушит скорбная эта вершина,
Мы над холмом каменистым песню о вас поем…

 

ЗАБЫТЫЕ ТРАГЕДИИ

Гибель дятловцев была не первой и не последней из серии загадочных смертей в тех местах. В книге А. Матвеева «Вершины Каменного пояса. Названия гор Урала» о горе Холатчахль (в написании автора – Холат-Сяхыл) говорится:
«…Существует легенда, что на этой вершине некогда погибло девять манси (! – М. Г.). Иногда добавляют, что это случилось во время Всемирного потопа.
Подругой версии, при потопе горячая вода затопила все вокруг, кроме места на вершине горы, достаточного для того, чтобы лечь человеку. Но манси, нашедший здесь прибежище, умер. Отсюда и название горы…»
Понятно, что зловещие названия местные жители так просто не дают, но этот след уж больно смутный и неопределенный. В 1961 или 1962 году на Северном Урале погибла еще одна группа, на сей раз из Ленинграда. Они в панике выскочили из охотничьей избушки и побежали в разные стороны, но далеко уйти не смогли. Все туристы полегли на одинаковом расстоянии от избушки, очертив своими телами ровный круг. Это выглядело так, как будто кто?то накрыл лес невидимым стаканом, и люди умерли, ударившись о его стенки.
Участником другого трагического происшествия был Виктор Поляков, школьный товарищ известного уфолога Валентина Псаломщикова. Осенью, лет через 5-6 после трагедии на Холатчахле (где-то в 1964-1965 году), группа геологов возвращалась на базу из тайги. Однако в условленное место вертолет за ними не прилетел. По рации сообщили, что из?за поломки он задержится примерно на неделю. Тогда начальник партии решил выходить на базу самостоятельно.
Однако запас продуктов у геологов уже заканчивался. Через два дня пути осталось лишь немного сухарей с чаем. Когда группа стала в очередной раз располагаться на ночлег, Виктор Поляков взял ружье и пошел в тайгу, чтобы добыть что?нибудь съестное. Отошел он от лагеря примерно на километр и вдруг без всякой причины ощутил стремительное приближение чего-то невообразимо ужасного. На краю ближайшей поляны было нечто вроде медвежьей берлоги. Подгоняемый волной беспричинного ужаса, Виктор бросился туда и протиснулся в берлогу, к счастью оказавшуюся пустой. Страх прошел так же внезапно, как и появился. В какой-то момент Виктору пришла в голову мысль, что он просто сходит с ума и испытанное им – один из симптомов сумасшествия. Немного погодя молодой человек осторожно выбрался наружу и присел на поваленное дерево. Одежда была насквозь мокрая от холодного пота. Так ничего и не поняв, он подобрал брошенное ружье и поплелся к лагерю.
Но главное испытание ожидало его впереди. Не дойдя нескольких сот метров до костра, Виктор наткнулся на тело начальника партии! Тот лежал лицом вниз, а возле откинутой в сторону руки валялся револьвер. На безжизненном теле не было никаких ран, в барабане револьвера оставалось 6 пустых гильз.
Виктор бросился к костру: горела палатка, сорванная с кольев и намотанная на чье-то тело, – наружу торчали только ноги. Третий геолог лежал чуть поодаль возле поваленного дерева, также не подавая признаков жизни. Четвертого Товарища не было видно.
Виктор попытался связаться с базой, но в наступившей темноте не смог включить рацию. Так всю ночь и просидел возле костра. Несколько раз стрелял в воздух, надеясь, что хоть кто-нибудь выйдет к костру.
Утром он все?таки настроил рацию, сообщил о случившемся, забрал самые ценные образцы, оружие и двинулся навстречу спасательной партии…
Несколько недель Виктор пролежал в больнице. Обнаружилась острая язва желудка – как результат сильнейшего стресса. Подбирались к нему психиатры, но отстали, когда расследование подтвердило его рассказ. Дело закрыли, сообщив родственникам и друзьям погибших, что люди… отравились недоброкачественной пищей из консервов. Между прочим, никаких консервов, кроме нетронутого НЗ, который Виктор забрал с собой, у них не было.
На перевале Пурлахтын-Сори («Перевал, где приносятся жертвы»), неподалеку от Холатчахля, уже в 1970-е годы нашли тела троих туристов из Ленинграда. Рассказывают, что они лежали рядом лицами вниз и головами в одну сторону. Кожа у погибших необъяснимо изменила свой цвет с белого на ярко-желтый.
Нечто похожее произошло в Сибири, в «говорящем само за себя» месте – якутской Долине смерти.
«Это случилось летом 1972 (или же 1973) года на верховье горы Алакит, – поведал геофизик Вячеслав Лобачев, работавший в 1970-х на якутских алмазных приисках. – Там работала геологическая партия из четырех человек. И вот однажды в положенный час геологи на связь не вышли.Отправили на их поиски вертолеты, и через пару дней спасатели обнаружили безлюдную
палатку. Ее задняя брезентовая стенка почему-то была распорота ножом. А после в 2?3 км от палатки обнаружили трупы геологов без всяких следов насильственной смерти. Они разбежались как бы веером. Все были легко одеты, иные даже без обуви. То есть как выскочили из спальных мешков, так и удрали. Но что их напугало, осталось тайной. Следователи из Якутска выдвинули предположение: якобы над палаткой мог пролетать метеорит, который издавал звук, губительный для человеческой психики. Тем дело и кончилось».
Зимой 1976 года из палатки у Ладожского озера пропали трое лыжников, причем предшествующей ночью над местом их ночевки люди видели НЛО. Утром палатку нашли разрезанной изнутри, следы борьбы, и никаких следов на снегу – приходящих или удаляющихся от палатки. Или, может быть, на смерзшемся насте не осталось следов босых ног, а замерзшие тела, лежащие на ладожском льду, потом унесло течением.
…Десятеро геологов увидели «летающую тарелку», которая приземлилась на вершине гольца. Возле нее ходили человекоподобные существа в комбинезонах. Пошли туда цепочкой, след в след. И все погибли, кроме того, кто шел последним: у него был провал в памяти.
Два часа спустя близ гольца проходили двое местных охотников, но «тарелку» уже не застали. У подножия осталась только цепочка из 9 трупов и один живой геолог в глубоком шоке. Геолога отправили в Хабаровск, где он пролежал полгода в больнице. Естественно, его рассказу никто не поверил.
За год до этого три геолога в той же местности ждали продукты с вертолета. Увидели свет. Невысоко летело что-то овальное. Оно светилось, испуская два луча на землю. Двое разбежались от страха, а один побежал навстречу. Объект выпустил яркий луч вверх, в облака, и по нему ушел наверх.
Эти трое решили никому ничего не рассказывать. Они хранили молчание до тех пор, пока не произошла трагедия с их 10 коллегами.
Когда нечто подобное происходит не на суше, а в море, то охваченные ужасом люди выбрасываются за борт и тонут. Нам нет никакой необходимости вспоминать про Бермудский треугольник: странная гибель экипажей судов происходила и в ничтожных по океанским масштабам водоемах.
Осенью 1971 года на побережье озера Балхаш был обнаружен пустой катер, принадлежавший биологической экспедиции. Из пятерых исчезнувших человек трупы четырех обнаружили на разных берегах озера. Осмотр катера показал, что все вещи погибших находятся в полной сохранности. В ночь на 10 сентября 1971 года на его борту произошло нечто странное: пятеро здоровых мужчин разделись, попрыгали за борт в холодную осеннюю воду и поплыли в разные стороны от катера. Один из них исчез бесследно.
Следствие почему-то торопилось закрыть дело, что не прошло мимо внимания журналистов.
«Многие вопросы, всплывшие в ходе следствия, так и не прояснены, – написал в газете „Труд" корреспондент В. Гафиатулин. – Катер нашли почти целехоньким. Так что же заставило людей сбросить одежду и в одних плавках броситься в воду? Шторм? Но почему он, смыв людей, пощадил их пожитки? Участники экспедиции решили поплавать? В такую погоду? Невероятно! А как объяснить это: человеку грозит смерть, а он аккуратно снимает одежду и укладывает ее на дно катера. Скорее всего, в подобных случаях бросаются в воду в чем попало… Создается впечатление, что в Балхаше больше думали о том, чтобы выдвинуть необходимую версию о причинах гибели людей и тем самым поскорее закрыть „дело", чем организовать все средства на поиски пропавшей экспедиции. А когда эта версия была найдена, даже немногие попытки докопаться до истинных причин трагедии были прекращены…» Через 5 лет четверо ленинградских туристов-водномоторников задумали провести свой отпуск на озере Иссык-Куль. С собой они взяли парусно-моторный надувной катамаран. Возраст участников путешествия составлял от 20 до 32 лет. Собрались инженер, шофер, газосварщик, студент – молодые и тренированные люди, не раз спускавшиеся по Тиссе и другим горным рекам. Прибыли они на берег Иссык-Куля в начале сентября. А спустя два дня местные рыбаки обнаружили недалеко от берега дрейфовавший на плавучем якоре катамаран с одним трупом на борту. Точнее, в воде, – прыгнув за борт, турист запутался в тросе плавучего якоря. Когда его извлекали из воды, оказалось, что зубы утонувшего крепко впились в капроновый канат, который он, видимо, пытался перегрызть. Спустя несколько дней на берегу был обнаружен второй труп. Остальных двоих найти не удалось.
Все вещи остались на месте в надежно принайтованных рюкзаках. Сохранились деньги и паспорта, помещенные в заклеенные полиэтиленовые пакеты. У одного из туристов был найден и дневник. Спасательные средства также оказались на месте.
По?видимому, памятуя о неразгаданной тайне предыдущей трагедии, местная милиция вообще не стала заводить уголовного дела. Вещи погибших на всякий случай оставили на хранение, а семьям шофера и студента, чьи трупы были опознаны, отправили «похоронки», в которых списали случившееся на разбушевавшееся озеро.
«Семью погибшего студента я знал хорошо, – вспоминал Валентин Псаломщиков. – Его старший брат, работавший в местном РОВД, добился у начальства разрешения провести собственное расследование. Для начала он обратился ко мне с просьбой уточнить метеообстановку на озере в день трагедии. Я связался с метеорологами на Иссык-Куле… В те два дня стояла сухая погода, не было никаких штормов, да и не стали бы ребята в этих условиях пускаться в плавание. Новое расследование ничего не дало, кроме убеждения в отсутствии чьего-то злого умысла».
Летом 1989 года очередная трагедия разыгралась в Азовском море. 15 июля из Мариуполя в море вышли экипажи 9 судов городского Клуба юных моряков имени Красной Азовской флотилии. После 12-дневного плавания учебное судно «Орион», 2 мотобота и 4 шлюпа вернулись назад, а 2 судам с 7 взрослыми членами экипажа и 5 курсантами предстояло плыть дальше, чтобы совершить круг по Азовскому морю с заходом в Ейск, Керчь и Бердянск.
28 июля в 13.30 дня в исполком Мариупольского горсовета поступила первая тревожная информация: суда находятся у косы Долгой, экипажи пропали без вести. Без промедления создали чрезвычайную комиссию горисполкома, о предполагаемом несчастье оповестили все города и села. К поиску пропавших были привлечены суда Азовского морского и Волго?Донского речного пароходств, находящиеся в акватории моря, затем спасательные суда аварийно-спасательной службы Краснознаменного Черноморского флота, спасательные средства рыболовецких колхозов Краснодарского края. В поиск включились военные самолеты и вертолеты, авиация ГАИ УВД Донецкой области.
Вечером 31 июля из Ростова-на-Дону военные летчики сообщили: в районе станицы Камышеватской, неподалеку от Ейска и косы Долгой, обнаружены прибитые волнами к берегу тела. Вскоре– новое сообщение: обнаружено еще 5 тел. И лишь во второй половине следующего дня был обнаружен 10-й член экипажа, увы, тоже погибший. Оставшиеся в живых два пассажира яхты – мальчик 8 лет и 17-летняя девушка – не прояснили ход событий. Двое выживших проспали гибель целой команды! Они проснулись одновременно среди ночи с ощущением необъяснимой тревоги, чего?то необычного и в ту минуту происходящего. Одежда матросов была беспорядочно разбросана на палубе. Глубина в том месте была
ничтожной – яхта сидела на мели, где дно видно с любого борта. Хотя, может быть, трагедия разыгралась еще раньше, когда оба судна находились на глубоководье, а последние двое проснулись ночью по другой причине, не связанной с гибелью 10 человек?
Неужели сон может спасти от воздействия неизвестного фактора, как в романе Стивена Кинга «Лангольеры»? На эту мысль наводит и происшествие, случившееся в Атлантическом океане.
В конце 1970 года советское китобойное судно КК-0065 три дня гонялось за кашалотом. Команда очень устала. В конце концов кашалот был подстрелен. Его надули воздухом, установили на его туше маяк и оставили в море для плавбазы, а китобой продолжил свой путь за другим китом. Радисту Б. М. в этот день выпала вахта на «бочке» – марсовой площадке. Он очень устал, как и вся команда, его припекло солнце, и он заснул.
Проснулся он часа через два оттого, что висел вниз головой, зацепившись за что-то одеждой. Сон был кошмарным. Ему казалось, что во сне он слышал голоса людей, указывающих на него: «Вот он! Вот он! Снимите его!»
Когда Б. М. отошел ото сна, он заметил, что их корабль неуправляем, хотя двигатель работает полным ходом. На палубе никого не было. Он очень удивился, что вахтенные покинули свои посты. Стал вызывать всех по линии связи с марсовой площадки. Но никто не вышел на палубу, никто не откликнулся. От кошмарного сна, отсутствия на палубе хоть кого-нибудь из экипажа Б. М. охватили страх и чувство какой-то тревоги.
Испуганный радист сидел полчаса в «бочке», не решаясь спуститься. Немного успокоившись, он все же спустился на палубу, прихватив с собой для уверенности увесистый кусок трубы. Озираясь по сторонам и всего пугаясь, Б. М. добрался до рулевого отделения, остановил корабль. Потом таким же образом перебрался в радиорубку, забаррикадировался там и стал вызывать плавбазу. Связавшись с ней по дальней линии связи, сообщил обо всем случившемся. На плавбазе тоже были обеспокоены, так как уже более двух часов не могли вызвать на связь китобой…
Когда подошла плавбаза, на борт спустилась комиссия для расследования случившегося. Выяснилось, что все вещи членов экипажа остались нетронутыми, никаких следов паники или борьбы обнаружено не было. Самого Б. М. обследовали психологи и психиатры, но никаких особых отклонений в его психике не обнаружили.
Так и осталось загадкой, что случилось с китобоем КК-?0065 в день, когда исчезли 30 человек экипажа.
Четыре года спустя единственного очевидца спас не сон, а большой слой воды и корпус судна, укрывшие его от зловещего «нечто». Западногерманский траулер, на котором разыгралась драма, находился в Атлантике, у берегов Южной Америки.
23 марта 1974 года траулер потерял ход из-за того, что их трал намотался на гребной винт. Механик Курт Шнайдер спустился под воду в акваланге. Он резал на куски толстый кокон из нейлоновых тросов, слой за слоем снимая его с винта. Ему пришлось немало повозиться со стальным тросом, укрепляющим края сети, поскольку этот трос очень плотно навился на винт и не уступал даже лому. Тогда он принялся перепиливать его в нескольких местах.
Эта работа отняла у него почти два часа. Наконец он управился с заданием и выплыл на поверхность. И сразу же его ошеломил необычайный блеск голубоватого свечения. Над головой слышались крики ужаса и топот многих ног по металлической палубе. Но над всем царил какой-то звук, как будто компрессор всасывал воздух. Шнайдер не видел, что происходит наверху: его заслоняла корма. Подплыл к лесенке и начал подниматься, решив, что на судне начался пожар, но потом поднял голову и увидел висящий над судном объект из блестящего металла. Охваченный внезапным страхом, Шнайдер соскользнул и погрузился в воду.Он совершал погружение в акваланге фирмы «Дрегер», позволяющем находиться под
водой около 3 часов. Двухчасовой запас воздуха уже был использован, резерва могло хватить еще на час. Он возвратился под корму и, укрывшись в ее тени, погрузился в воду, уцепился за руль и ждал с бьющимся сердцем. Каждые несколько минут он высовывал маску из воды, проверяя, не изменилась ли ситуация. Блеск все время ослеплял его. Он не помнит, сколько прошло времени, пока не произошло что-то новое. Шнайдер заметил, что свет начинает усиливаться, и в его поле зрения появился наконец загадочный объект. НЛО молниеносно взмыл вверх и исчез в голубом небе.
Шнайдер еще долго ждал, пока не отважился влезть наверх. Там он увидел зрелище, заставившее его сердце учащенно забиться. На траулере не было никого – исчезли все 40 членов экипажа. Страшный беспорядок свидетельствовал о панике, но при этом не было никаких следов насилия или борьбы.
Почему в одних случаях поднималась жуткая паника, а в других она почему-то отсутствовала? Мы можем только предполагать, что характер вредного воздействия в этих инцидентах тоже разный. Но не все ли равно погибшим, как им предстояло уйти из жизни – в ужасе бросившись за борт или спокойно шагнув в ледяную бездну?

 

АКАДЕМИЯ НАУК ПРОТИВ КГБ

Драма, разыгравшаяся на Северном Урале, произошла в непростое время.
«Конец 1950-х, начало 1960-х годов действительно были богаты сведениями о появлениях НЛО, – рассказал Петр Павлов из Керчи. – Сигналы о них почему-то шли к нам, в органы КГБ. В те годы я работал начальником оперативного Отдела КГБ Якутской АССР, поэтому о них знаю не понаслышке. Никаких указаний Центра о сохранении в тайне сведений об НЛО не было. Также и мы ни к кому не обращались с просьбой о направлении информации к нам, то есть в органы госбезопасности. Тем не менее вся информация, которая в то время имела сенсационный характер, шла именно к нам… Инициатива людей, присылавших различного содержания информацию, принудила меня поручить капитану Н. С. Нестерову заниматься систематическим обобщением этих материалов.
В памяти сохранились только несколько фактов.
Над поселком Черским, на берегу реки Колыма, летом, когда солнце не опускалось за горизонт, более суток неподвижно „висело" 5 или 7 „летающих тарелок" на большой высоте, недосягаемой тогдашними истребителями-перехватчиками. „Тарелки" стояли в одну шеренгу, соблюдая равнение. И таким же строем ушли.
Однажды поступил сигнал о посадке НЛО за Полярным кругом, на берегу реки Лены. Туда был направлен капитан Нестеров. Он опросил 5?6 человек из местных жителей, которые сами видели этот объект. По рассказам очевидцев, неизвестный объект со светящимися окнами без шума опустился на снег. Снежный покров несколько раз на мгновения приобретал красноватый оттенок. Не задерживаясь долго, объект также без шума, несколько раз мигнув красноватыми световыми бликами, поднялся и исчез. Об этом эпизоде мы направили информацию в Министерство обороны СССР. Вскоре к нам прибыла группа старших офицеров. В сопровождении капитана Нестерова они выезжали на место посадки НЛО, где встречались с очевидцами.
Зимой 1960 года в пос. Тикси мне показали фотокарточки, на которых был запечатлен один и тот же объект – полярная метеорологическая станция в условиях полярной ночи. Снимки сделаны с одной точки, лишь с разницей во времени несколько секунд, для перевода пленки. На снимках был четко виден низко над горизонтом ромбовидный, смещающийся в пространстве предмет. Носовая часть светлее, а хвостовая похожа на раструб со смазанным срезом, возможно, с выхлопными газами. Было похоже, что ромбовидный предмет вращался вокруг своей продольной оси. Хорошо был виден большого диаметра световой ореол. Фотограф никакого предмета на горизонте не видел. Он проявился лишь на позитивах.По накопившимся у нас материалам об НЛО мы написали специальное сообщение и, приложив указанные снимки, выслали один экземпляр в Президиум АН СССР, а другой – в редакцию журнала „Огонек".
Спустя 2-3 недели в „Правде", затем в „Известиях", „Комсомольской правде" и других газетах одна за другой появились статьи известных ученых с опровержением данных о появлении на небе Советского Союза „летающих тарелок". Водной из статей мы получили упрек в том, что прислали даже фотоснимок „НЛО".
Содержание выступлений центральных газет сводилось к одной мысли: никаких НЛО не существует. Очевидцы ошибаются, принимая за НЛО то, что в природе называется оптическим обманом. Эффект такого оптического обмана наука может воспроизвести искусственным путем.
До сих пор не понимаю, с какой целью уважаемые ученые пускались на явный обман народа? Кому нужны были эти эксперименты с попыткой воздействия на общественное сознание людей в нужном кому-то направлении?..»
Петр Семенович, видимо, не знал, что все более-менее значимые темы были в советской пропаганде разложены по полочкам. Насчет «летающих тарелок» инструкция была такова: нужно писать, что буржуям в Америке от страха мерещится черт знает что, а в стране победившего социализма ничего не летает и летать не может.
6 ноября 1952 года член Президиума ЦК КПСС М. Г. Первухин на торжественном собрании в Москве по случаю 35-й годовщины Октябрьской революции заявил:
«Огромная пропагандистская машина миллиардеров США искусственно раздувает военный психоз… Результаты налицо. Многие американцы потеряли душевный покой. Они то и дело вглядываются в небо, и некоторым из них стали мерещиться в небе странные предметы, напоминающие огромные „летающие тарелки", „сковородки" и „зеленые огненные шары". Американские газеты и журналы широко печатают рассказы всякого рода „очевидцев", которые видели эти странные предметы и утверждают, что они являются русскими таинственными снарядами либо, в крайнем случае, – летательными аппаратами, посланными с какой-то другой планеты для наблюдения за тем, что делается в Америке! Как не вспомнить тут русскую народную поговорку „У страха глаза велики"».
На следующий день эти строки появились в газете «Правда».
Нужный тон был задан. Советский астроном Борис Кукаркин повторил вслед за чиновником: „Летающие тарелки" – обман зрения на почве явного военного психоза, разжигаемого теми, кто хочет войны». Московское радио в те годы утверждало, что «.. .летающие тарелки выдуманы западным военно?промышленным комплексом для того, чтобы налогоплательщики проглотили более тяжелый военный бюджет».
Особо непонятливым еще раз объяснили в журнале «Техника – молодежи»: «Миф о „летающих блюдцах" нужен был, чтобы отвлечь внимание от реальной опасности, которую представляют для народов мира военные приготовления империалистических агрессоров, организация военных атомных и ракетных баз, испытание новых видов оружия массового уничтожения».
Чувствуете железные нотки? Советский человек, рискнувший заикнуться, что он увидел НЛО, в лучшем случае автоматически попадал в ряды «распространителей лженаучных выдумок», а в худшем – казался агентом «буржуазных мистификаторов, разжигателей военного психоза». А для тех, кто все же рискнул бы обратиться со своим наблюдением к ученым, были заранее заготовлены стандартные отписки. В них НЛО списывались на «эксперименты, проводящиеся для измерения плотности атмосферы на больших высотах, с запуском натриевого облака».

В 1960 году курсанты Высшего военного ордена Ленина авиационного училища имени И. В. Сталина, которое располагалось в Ейске, обратились в газету Министерства обороны СССР «Красная Звезда» (рис. 9, 10):
«Просим объяснить необычное явление, – написали от имени целой группы двое курсантов, Валерий Козлов и Игорь Барилин. – В августе 1960 года случайно дважды наблюдали прохождение небесного тела. 9 сентября в 20.15 (московское время) оно вновь прошло с запада на восток. Светило средней величины. Скорость прохождения меньше скорости спутника. Время прохождения 8-12 минут.

Необычность: 1) проходит в стороне от наблюдателя; 2) свет мерцающий; 3) криволинейность движения.
Что это может быть? Сможем мы наблюдать его еще?»
Редакция отослала письмо курсантов в Московский планетарий, где инструкции по оболваниванию очевидцев НЛО выполнялись беспрекословно. «Товарищам Козлову и Барилину» написали, что это «один из экспериментов по исследованию верхних слоев атмосферы» (рис. 11, 12).
Хотя в газетах ничего нельзя было прочесть об НЛО, цензурная стена начала шататься с другой стороны. В 1950?е годы начал выступать с лекциями об НЛО один из первопроходцев российской уфологии, преподаватель Московского технологического института пищевой промышленности Юрий Фомин.
«В середине 50?х годов мне поручили читать через общество „Знание" (в то время оно называлось „Общество по распространению политических и научных знаний") публичные лекции на космические темы в различных „почтовых ящиках", КБ и других организациях, – вспоминал Юрий Александрович. – В то время эта тематика была очень модной, и ей придавалось большое политическое звучание…

В 1956 году в зарубежных журналах я натолкнулся на сообщения о появлении НЛО. В то время об этом у нас ничего не писали… Я стал собирать материалы по этому поводу и обрабатывать их. В конце концов, я решился упоминать о проблеме НЛО в своих лекциях. Делал я это очень осторожно. Обычно начинал с фразы: „А вот в зарубежной прессе утверждают…" – и далее излагался краткий обзор зарубежных сообщений. Причем вначале я не приводил никакой критической оценки информации, просто констатировал факт ее появления.
Лекции пользовались очень большой популярностью. У меня разрывался телефон с заказами на лекции. Как правило, просили подробнее рассказывать о проблеме НЛО. За 1956?1960 годы на московских предприятиях мною было прочитано несколько сотен подобных лекций. Самое интересное было то, что на некоторых лекциях присутствовали свидетели и очевидцы появления НЛО. Это были не только случайные граждане, но и такие специалисты, как летчики, операторы радиолокационных станций и другие компетентные лица, работавшие в „почтовых ящиках", военных организациях и т. д. В большинстве случаев свидетели отказывались сообщать свои фамилии и занимаемые должности или просили не упоминать их на публичных лекциях, опасаясь реакции своего начальства…»
Так продолжалось до января 1961 года, когда ЦК КПСС решил положить конец идеологически невыдержанным лекциям и вообще всяким разговорчикам о пришельцах. Образцово?показательный урок для тех, кто еще питал доверие к советской науке и сообщал кому-то о своих наблюдениях, был организован в главной советской газете. «Нет ни одного факта, который указывал бы на то, что над нами летают таинственные материальные объекты, которые получили название „тарелочек" или „блюдечек", – заявил академик Л. А. Арцимович. – Все разговоры по этому поводу, получившие такое широкое распространение за последнее время, имеют один и тот же источник – недобросовестную и антинаучную информацию, которая содержится в докладах, прочитанных в Москве некоторыми совершенно безответственными лицами. В этих докладах рассказывались фантастические сказки, заимствованные в основном из американской прессы и относящиеся к тому периоду времени, когда летающая посуда была главной сенсацией в США…
Дополнительным элементом, усилившим интерес к „летающим тарелкам", явилась фотография тарелки, снятая в одном из северных районов страны (рис. 13). Как показали лабораторные работы в ИПГ АН СССР, эта фотография также есть результат оптического эффекта.. . Пора покончить с распространением этих сказок, какими бы захватывающими они ни казались…»
Фотография, упомянутая Львом Арцимовичем, была той самой, которую чекисты прислали в Академию наук СССР. Здесь академику даже не понадобилось вводить всех в заблуждение: снимок из Тикси действительно оказался оптическим эффектом! Зато про посадку НЛО и другие куда менее объяснимые наблюдения Арцимович благоразумно предпочел промолчать…
История злополучного снимка была рассказана в тот же день другой газетой. Вряд ли это случайность: совместный дуэт редакций наводит на мысль о поступившей сверху команде «прихлопнуть» крамольную тему.

«Это случилось в Тикси 21 ноября 1959 года, – поведал кандидат физико-математических наук А. Микиров. – Часов в 9 вечера сотрудник полярной станции „Столб" Е. Мурашов сфотографировал метеорологическую площадку. Снимал он аппаратом „Старт", который был заряжен высокочувствительной пленкой (130 единиц ГОСТ). Но поскольку было очень темно, выдержка все же равнялась одной минуте.
Сделав первый снимок, Мурашов решил сдублировать его. Проявив пленку, Мурашов обнаружил на обоих снимках чрезвычайно странный предмет необычной формы. Он напоминал рисунок какого?то фантастического летательного аппарата и был окружен ореолом.
Сопоставление снимков показывало, что загадочный предмет перемещается в пространстве, причем это перемещение происходило с запада на восток. Сам Мурашов во время фотографирования ничего необычного на небосводе не заметил. Объяснил он это тем, что все его внимание было сосредоточено на фотоаппарате. Снимки, которые сам Мурашов шутя назвал фотографией „летающего блюдца", стали предметом бесчисленных разговоров и споров. Многие начали перепечатывать эти снимки и выдавать их за доказательство существования „летающих тарелок"…
На метеоплощадке справа внизу находились довольно яркие источники света. Были ли это прожекторы или просто осветительные лампы, сказать по снимку трудно, да это и ни к чему.
Свет от этих источников, попадая на объектив, частично рассеивался и частично отражался. Отражение шло как от линз, так и от оправ объектива. Так как каждая линза представляет собой часть сферы, а оправа есть круг, то отраженный свет шел расходящимся пучком. Объектив, собирая этот свет, образовал некоторое тело вращения. Атак как линз и оправ в объективе много и они достаточно близки друг от друга, то получилось несколько тел вращения, которые и образовали на снимке Мурашова изображение „летающей тарелочки"…
Таким образом, объектив фотографирует изображение, которое сам и создает. Естественно, что Мурашов ничего не видел на метеоплощадке, так как видеть было нечего…» Хотя ни одной конкретной фамилии в статье Льва Арцимовича названо не было, все прекрасно поняли, о ком идет речь. Фомину досталось больше всех:
«Меня срочно вызвали на партийное бюро института, хотя я никогда не был ни коммунистом, ни даже комсомольцем, и начались бескомпромиссная проработка и принципиальное осуждение моей деятельности…
Вскоре последовала аналогичная процедура в Ленинградском райкоме партии города Москвы, причем там собрали представителей многих технических и научных организаций района. Мне предложили еще раз прочитать перед аудиторией лекцию, в том числе и об НЛО, а затем предполагался полный критический разгром. Но этого не получилось. Приглашенные не стали выступать с осуждениями и даже отметили, что высказанные мысли оригинальны и заслуживают проведения дополнительных исследований и детальных обсуждений.
Такая позиция возмутила секретаря райкома, который проводил совещание. Он сказал, что собравшиеся не поняли, для какой цели их пригласили в райком партии на обсуждение острого сигнала центрального партийного органа. Они должны были гневно осудить антинаучные, а следовательно, и антипартийные измышления и не пытаться искать в них какое-то рациональное зерно.
Следующим мероприятием этого цикла было исключение меня из членов общества „Знание" на специальном городском собрании президиума общества. После этого меня пригласили в городской комитет партии, где присутствовали два журналиста из газеты Вечерняя Москва". После продолжительной чистки и разборки мне предложили подписать покаянное письмо в газету, текст которого за меня должны были написать приглашенные журналисты. Я должен был только сообщить им некоторые факты, чтобы статья выглядела правдоподобной.
Но я от такого предложения отказался. В результате в конце января 1961 года в „Вечерней Москве" появилась разгромная статья, написанная уже без моей помощи и моего участия. Как я узнал впоследствии, эта газета вывешивалась на тех предприятиях, где я прежде выступал с лекциями…»
Злополучного лектора вызывали в ЦК КПСС, где предъявили отпечатанную на машинке самиздатовскую запись одной из лекций. Работники ЦК пытались выяснить, имел ли он какое-либо отношение к изготовлению и распространению самиздата.
«Вся эта эпопея завершилась вызовом в Министерство высшего образования, где состоялся неприятный разговор, – поведал Фомин. – Кроме того, в институте произошли изменения в руководстве кафедры, на которой я работал, не связанные с описанными событиями. В результате этого обстановка в институте обострилась, поэтому в конце февраля 1961 года я ушел из него по собственному желанию.После статьи в газете „Правда" и последующих событий я уже, естественно, не выступал с публичными лекциями, но продолжал работать над анализом собранных материалов…»
А материалов было много. К досаде партийных вождей, 1960?е годы оказались чрезвычайно урожайными на визиты НЛО. Я приведу лишь несколько наблюдений, которые произошли за год до массированной атаки газет на «недобросовестную и антинаучную информацию».
27 января 1960 года «огненный шар» появился над литовским городом Капсукас.
«Утром в 7.20 по пути на работу на юго-восточной стороне неба показалась ярко светящаяся звезда красного цвета, которая падала вниз, становясь все ярче, – написала А. Чуплене в Вильнюсскую обсерваторию. – Она опустилась довольно низко, как казалось, почти до уровня зданий, становясь ярко?красным огненным шаром величиной с футбольный мяч. Затем объект изменил направление и повернул в северо?восточную сторону, он стал подниматься вверх и постепенно исчез в небе».
В апреле 1960 года с НЛО встретился летчик – правда, находясь на земле. Это случилось в городе Джанкой Крымской области около 3.50 ночи. Он возвращался из города на аэродром, расположенный примерно в 4 км, торопясь на утренние полеты.
Неожиданно в стороне аэродрома летчик увидел в воздухе, примерно на высоте 560 м, белый купол, который вначале принял за парашют. Но затем купол насторожил его: он висел неподвижно на одном месте. Пилот пошел быстрее через пролесок, так как за деревьями потерял объект из виду. Когда он поднялся на пригорок и стал выходить на опушку, то увидел, что объект имел уже форму шара, а не купола. Шар диаметром 15-20 м висел на высоте 3?5 м над землей, и к земле шло более яркое свечение. Светился шар матовым, мягким, белым светом. Расстояние до шара в этот момент было порядка 700-800 м.
Он заторопился и вдруг почувствовал, что далее идти не может: совершенно потерял контроль над своим телом, оно как бы отсутствовало, работала только мысль. Возникло какое-то, по его словам, «тревожно-жуткое состояние». Осознал только, что лежит лицом вниз на земле. Как лег, ничего не помнит – отключился…
Летчик пришел в себя. Поднялся, осмотрелся – все в порядке, нигде ничего не болит, сознание работает нормально. И тут он опять увидел шар, который висел спокойно, ничего не делал. Потом шар начал двигаться в сторону от очевидца под углом в 120 градусов, медленно набирая высоту. Когда НЛО оказался на высоте примерно 50 м от земли, то мгновенно набрал колоссальную скорость, превратился в точку и исчез фактически моментально. После этого он потерял сознание. Очнулся лицом вниз в нескольких метрах от опушки, в ушах – звон от всего пережитого. Восстановилось все сразу, но поднимался осторожно, неуверенно.
Обследовать место, где зависал объект, он смог только после обеда, когда освободился от работы. В этом месте трава была примята и пожухла– выглядела, как осенью, хотя кругом была яркая весенняя зелень. Никаких вредных последствий этого происшествия он не испытывал, продолжая летать по?прежнему.
«Летом 1960 года я гостил у своей бабушки в поселке Лазаревское, близ Сочи, – поведал Евгений Щерба из Воронежа. – Однажды в десятом часу вечера я находился во дворе дома и заметил в небе объект в форме шара красного цвета, светившийся, как электролампочка в полнакала. Шар двигался на высоте 300 м в восточном направлении и имел в диаметре около 80 м. Во время полета шар издавал еле слышное шуршание, сходное с тем, которое сопровождает электростатический эффект.
Я попросил бабушку объяснить увиденное. Она ответила, что это, наверное, один из спутников, которые она часто здесь наблюдала. По ее словам, они иногда имеют форму блюдца и могут не только летать, но и неподвижно висеть в небе».
Спутник в форме блюдца! Впрочем, это наивное объяснение было ничем не хуже «натриевого облака» астрономов…«В 1960 году я работал на заводе „Победит", в цехе № 3, и обычно на работу ходил пешком, – вспоминал уже в наши дни Т. Семенов из Владикавказа. – И вот ранним утром, летом, как обычно, шел на работу, поглядывал на небо в надежде увидеть спутник с собакойЛайкой. Ведь это тогда было такое большое событие. Когда подходил к перекрестку улиц Маркова и Чкалова, увидел, как в небе летела яркая звезда. Она двигалась строго с севера на юг. На трамвайной остановке стояли несколько человек, видимо, после ночной смены. Я не удержался и закричал: „Спутник! Спутник!" Люди задрали головы и тоже наблюдали.

И вдруг случилось неожиданное. Летящий спутник прямо над нами остановился и завис в небе, как обыкновенная звездочка. Я недоумевал. Ведь спутник остановиться не может, метеорит тоже, самолет – тем более, да и на самолет он не был похож. А „звездочка" продолжала „стоять" на месте. Подождав минут 8-10, я пошел дальше, поглядывая на странную „звезду". И снова увидел чудо. Звезда полетела, но только не на юг, а в другую сторону, на восток. Затем стала вертикально удаляться вверх, пока не растворилась в вышине…
Было время, когда такого рода сообщения запрещали печатать, было время разных опровержений, что, мол, это все выдумки. Но я этому не верил, ведь своими глазами видел чудо…»
Тем же летом начальник лаборатории моделирования института «Гипроникель» А. Б. Шейнин находился в командировке в поселке Кадамжой, недалеко от Ферганы:
«Шел 11-й час ночи, когда я, покинув завод, вышел на улицу. Мое внимание привлек светящийся предмет, который приближался со стороны Ферганской долины. Не долетев до меня несколько километров, он остановился, достигнув размеров в два раза меньше Луны. Он был четко виден, имел типично металлический блеск. Предмет напоминал диск с двумя стержнями вроде антенн. Стержни казались сделанными из серебристого металла, концы их были матового цвета. Неожиданно, буквально за 1-2 секунды, очертания предмета потеряли свою резкость, расплылись, и это туманное пятно вдруг исчезло».

 

ИНЦИДЕНТ НА КОРБ-ОЗЕРЕ

Волна наблюдений НЛО тех лет увенчалась беспрецедентным случаем. Весной 1961 года приземлившийся объект вырвал огромный кусок берега и низвергнул часть грунта в водоем, который местные жители называют Корб?озером. Это неофициальное название: на самом деле Корб-озеро – безымянное ответвление Онежского озера. Некогда там находилась глухая таежная деревушка Ентино, но люди ее покинули, и теперь у воды стоят лишь несколько полуразвалившихся изб.
В 9 часов вечера 27 апреля 1961 года лесник В. Борский прошел по берегу озера и заночевал в 7 км от него. Утром 28 апреля он пошел обратно. Проходя по тому же берегу, где он шел вчера, Борский вдруг увидел гигантскую свежевырытую яму, которой вчера еще не было. Длина ямы была примерно 27 м, ширина – около 15, а глубина – до 3 м. Один конец ямы почти касался воды, а ее продолжением была огромная дыра, пробитая во льду озера.
Борский бегло обследовал место происшествия и, спеша сообщить о нем, весь день шел до ближайшего лесопункта, а оттуда еще ночь до места, откуда можно было дать телеграмму в районный центр.
Через неделю, 2 мая, из Ленинграда прибыла группа военных и гражданских специалистов. Сперва специалисты решили, что в тайге произошел непонятный взрыв, поэтому целью группы было определение его причин и характера.
Среди приехавших на Корб-озеро оказались майор КГБ с характерной фамилией Стуков и сапер, будущий военный журналист Виктор Иванович Демидов. Он не раз еще в советское время описывал эти события, немного поменяв имена действующих лиц (в его изложении, например, Борский превратился в Бродского):
«Мы увидели внушительную выемку, уткнувшуюся в огромную полынью… В ней – редкие взлохмаченные льдины. Дальше – ровный, набухающий лед… Я спустился в яму. Ни родников. Ни грунтовых вод. Ничего хоть чуточку привлекающего внимание. На подходе к воде яма сильно сужается. У самой воды вроде бы след чего?то тяжелого; дерн здесь раскидан по сторонам, дно чуточку приглажено. На озере – лед как лед: ни трещин, ни выбросов грунта на нем. Хм, выбросов… Может, начать именно с этого? В принципе, такую ямищу мог размахать и взрыв… Но где же все?таки выбросы?..»
Водолаз Александр Тихонов спускался на дно, но никаких осколков от снаряда или ракеты не обнаружил.
«Дно около ямы, – рассказывал он, – покрыто сброшенной землей, глыбами мерзлого дерна. Понятно, почему в полынье мало плавающего льда! Его просто прижало ко дну. Скоротечность катастрофы не позволила льдинам вырваться на поверхность. Вся масса скинутой земли лежит довольно узким и длинным участком. Справа и слева от него – дно чистое и плотное».
На дне оказался 20-метровый след, заканчивающийся валиком из грунта высотой в 1,5 м. Как будто какой-то предмет трубообразной формы двигался по дну, толкая перед собой грунт, а затем остановился и взлетел вверх. За краем полыньи шло нормальное, чистое дно.
Поднимаясь на поверхность, водолаз случайно перевернул одну из плавающих льдинок. Каково же было изумление всех присутствовавших, когда они увидели, что перевернутая льдинка в нижней части до половины толщины была окрашена в яркий изумрудно-зеленый цвет. Саперы перевернули еще несколько плавающих льдинок – то же самое, яркий изумрудно-зеленый цвет. Откололи кусок льда от нетронутого поля – ничего нет, лед как лед, нормального цвета.
Когда «зеленый» лед (правда, он был уже в растаявшем состоянии) доставили в лабораторию, специалисты, проводившие анализ, дали заключение: «Определенные в растаявшем льду элементы не дают возможности объяснить зеленую его окраску, на которую указывают участники экспедиции». Но ведь все члены экспедиции видели эту окраску собственными глазами!
Как утверждали водолазы, количество сброшенного на дно озера грунта меньше того количества, которое должно было быть выброшено из ямы. А вокруг полыньи, на дне и на льду никакого грунта нет. И вокруг ямы тоже…
«Прикинули: с колоссальной скоростью эта штука грохнулась о землю, вырвала из берега около тысячи кубиков мерзлой земли, проползла по дну примерно 20 м, пробила 5-метровую толщу воды и вертикально умчалась в небо… Только так, – написал Демидов. – В противном случае „она" бы на большой площади разбила озерный лед и оставила на нем какие-то следы… Но кромка льда абсолютно чистая! Нет, это что?то не очень понятное».
Саперы убедились, что напрасно захватили с собой миноискатели. Правда, и в яме, и рядом с ней, и под водой стрелки отклонялись чаще, чем в окрестностях, но, сколько ни копали, ни перебирали грунт руками, так и не обнаружили даже малейшей частицы металла. Только потом оказалось, что шарики, плавающие на воде, состояли из какого-то металлического сплава!
Уполномоченный районного отдела милиции выяснил, что в ночь с 27 на 28 апреля никто из жителей близлежащего поселка ничего не видел и не слышал. Но многие уверяли, что через два дня после этого события, примерно с 2 и до 4 часов ночи, со стороны озера доносился мощный прерывистый грохот, похожий на рев испытываемых авиационных моторов. «Поревет, поревет, – говорила одна из жительниц, – перестанет… Потом опять…» Военные, изучив все собранные материалы, составили «Отчет по результатам осмотра места падения неизвестного предмета». Этот уникальный документ привел в своей рукописи Ф. Ю. Зигель, удалив все фамилии и точное место инцидента: «Место падения – северный берег… в 40 м от построек бывшей деревни. Крутость берега в том месте – 60 градусов. Точка падения предполагается в 10-12 м от уреза воды… Озеро… площадью 0,75 кв. км, проточное, в момент осмотра покрыто монолитным льдом толщиной 40 см. Глубина в месте падения до обломанной кромки льда – от 0,1 до 5 м. Дно в этом месте пологое, илистое, толщина илистого слоя вместе с грунтом, сдвинутым в озеро упавшим предметом, более 1,2 м.
В результате падения предмета образовалось разрушение береговой линии, имеющее геометрически неправильную форму с грубо оборванными краями… Дно ямы мелкое, пологое, с уклоном в 10 градусов. На выходе к урезу воды и за ним различимы две насыпные полосы с расстоянием между ними 5,5 м. У правого (западного) края ямы слабо различимая углубленная полоса, уходящая в дно озера и имеющая форму составленных вершинами конусов с наибольшей шириной 40 см, переходящая в дне озера в ровную углубленную полосу шириной 20 см. Других следов правильной формы в дне ямы не обнаружено.
Выброса грунта, а также воронок за пределами краевой линии ямы не имеется. Большое количество грунта находится на дне полыньи… За ледяной кромкой никаких выброшенных кусков грунта, а также трещин не имеется.
Температурных воздействий на месте упавшего предмета не обнаружено. Имевшиеся в наиболее глубоком русле камни и сланцевые плитки расслоены и при сдвигании распадаются на отдельные пластинки. Камни вне ямы и на ее крутостях подобного расслоения не имеют. Камни с оплавленными краями не обнаружены…
Часть кусков льда, находящегося в образовавшейся полынье, приобрела интенсивное зеленое окрашивание (типа окиси хрома). Окрашивание равномерное, прямолинейное. В одном куске льда от полосы раздела в глубь неокрашенной части замечено радужное пятно радиусом до 2 см. Видимых трещин в этом месте не замечено. При таянии льда зеленое вещество выпало в осадок в виде хлопьев удлиненной формы.
Качественный и химический анализы этой пробы, проведенные кафедрой аналитической химии Ленинградского технологического института им. Ленсовета, показали: в отфильтрованной из раствора воде обнаружены малые количества кремния, магния, железа, алюминия, натрия, кальция, бария и бора. В минеральном осадке после прокаливания кислотной вытяжки обнаружены в качестве основных элементов кремний, магний, титан и натрий.
В качестве примесей – кальций, алюминий и железо. Осадок имеет металлический блеск. В воде и осадке обнаружено много органического вещества неизвестного состава. Равномерное окрашивание льда результатами химического анализа объяснению не поддалось…
По урезу воды и в воде были обнаружены в окружении пены плавающие зерна черного цвета, имеющие правильную геометрическую форму, при рассмотрении под микроскопом различим характерный металлический блеск, внутри пустотелые, непрочные, хорошо растираются. При прокаливании меняют цвет, без изменения формы, чрезвычайно кислотоупорные. При исследовании инфракрасного спектра органических веществ в них не обнаружено. По заключению специалистов зерна признаны, по?видимому, как образования искусственного происхождения…
Все образцы проверены на наличие в них радиоактивных или отравляющих веществ. Указанных веществ в образцах не обнаружено».
Три года спустя Виктор Демидов вкратце рассказал о случившемся в газете Ленинградского военного округа «На страже Родины», не упоминая ни точного места, ни фамилий очевидцев. Только когда это сошло с рук, Виктор включил развернутое описание инцидента в свою книгу «Мы уходим последними».Много лет спустя он вспоминал: «Конечно, кое?что в публикацию не попало (место, фамилии и т. п.): посылали нас на озеро большие начальники, опекали „органы"… Они?то и помогли быстро и без проблем выйти на солидные лаборатории и серьезных специалистов по метеоритам, шаровым и линейным молниям, оползням, карсту, всяким закрытым „штучкам"… И ни один не сказал: это есть то-то и то-то. Химики же (ими руководил член-корреспондент АН
СССР В. Б. Алесковский) вообще написали: „Определенные в растаявшем льду элементы не могут давать зеленой окраски, на которую указывают участники экспедиции…" И совсем уже несусветное про „шарики": металлические-де, они, из редких металлов, кислотоупорные, жаропрочные и … по?видимому, не являются природным образованием"… А каким же, позвольте вас спросить? Профессор Алесковский в акт это вписать остерегся, но мне доверительно сказал: не встречал он подобного сочетания элементов и не представляет себе технологии, способной его создать…
„Армия" в этой истории не при чем. Когда знаменитый генерал авиации П. И. Кожедуб, как говорится, „простонародно" отбил „поклеп" на своих летчиков (было это в моем присутствии; подозревали, что это пилоты „что-то там сбросили"), в нашем штабе это дело похерили; никуда не пошло и подготовленное мною донесение.
Не при чем тут и „официальные научные круги". Даже космонавт Г. С. Титов не сумел вызвать у них интереса к „инциденту на Корб-озере". Как сказал мне когда?то вице-президент АН СССР М. А. Лаврентьев: „У нас некому заниматься подозрительными „ямами" – в науке каждый сосредоточен на своем узком участке"… Так заканчивались многие знаменитые сенсации, связанные с НЛО».
8 августа 1970 г. на Корб-озере побывал уфолог Ю. М. Райтаровский:
«Я выбрался на озеро в свой отпуск. Северный берег оказался, как и прежде, безлесым, с редкими кустиками, а яма заросла сочной, обильной растительностью, даже выросли три деревца (ольха с диаметром ствола 5-6 см). Чтобы не дать яме исчезнуть, деревца срубили… По осевой линии выхода ямы к воде на расстоянии примерно 1 м от уреза воды были взяты пробы грунта. Шурфик разрабатывался слоями по 5-7 см толщиной до глубины 20-?25 см. В первом слое попались 2?3 „шарика", а затем их количество стало резко возрастать, так что в общей сложности их набралось порядка 200-250 штук. При визуальном рассмотрении они имели темный цвет с фиолетовым отливом, поддавались раскрошению, внутри пустотелые. При рассмотрении излома под микроскопом наблюдалась кристаллическая структура…»
В 1978 году Юрий Мефодьевич сделал сообщение на семинаре АН СССР, после чего туда выехала экспедиция под руководством кандидата физико?математических наук Э. С. Горшкова. В ней участвовал уже пожилой Виктор Демидов.
«Что поразило: яма снова заросла деревьями – ольхой, березой, хотя поблизости они нигде не выросли, – продолжает Юрий Мефодьевич. – В яме мы насчитали около 400 (!) стволов диаметром 3?5 см. На расстоянии 100 м по берегу имелся старый котлован от какой?то постройки довоенных лет. Он оставался не заросшим даже травой, а здесь – лес от края до края ямы, но ни одного деревца выше кромки ямы, на береговом склоне…
Все это сфотографировали, деревья снова срубили. Миноискателями ничего не нашли, а магнитометр дал мощные показатели в одном месте, но делать схему было уже некогда. Магнитным посохом было собрано некоторое количество мелких частиц».
В том же году экспедицию повторили, но она длилась всего один день. Третья экспедиция в апреле 1979 года работала уже со льда магнитометром и прибором электроразведки, пробив во льду 300 лунок, но никаких аномалий не обнаружила. Взяли много проб грунта, но результатов не было. Радиоактивность оказалась не выше фоновой. В 1982 году биолокацией с поверхности воды была определена аномалия, простирающаяся к противоположному берегу под углом 30 градусов к осевой линии ямы. Поскольку дно озера покрыто многометровой толщей ила, доступными средствами определить природу аномалии не удалось.«Предположение самое невероятное, но факты только им и можно объяснить, – заявил Ю. М. Райторовский. – Какое-то тело вошло в земную атмосферу, ударило в берег, ушло под воду, потом улетело. Допустим, НЛО имел поломку, вел сварочные работы под водой. Тогда шарики – следы сварочных работ, а зеленая окраска льда снизу – от ультрафиолетового излучения. Все это получается и при наших сварочных работах. Произведя в течение 1 -2 суток необходимый ремонт, НЛО, крепко прихваченный илом дна, делает несколько попыток оторваться на малой мощности своих двигателей (жители поселка слышали ночью шум со стороны озера), затем дает мощный импульс тяги, вырывается из плена и исчезает, оставив на память яму, борозду и цветную льдинку. Когда прибыла комиссия, то никого, конечно, они не могли найти…»
6 октября 1993 года там побывал житель Петербурга Н. Калашников. Он обратил внимание, что за прошедшие 30 лет котлован несколько изменился: земля оплыла, края сгладились и полностью заросли травой.
«Наскоро покопав саперной лопаткой на дне котлована и не обнаружив ничего интересного, мы принялись фотографировать это место с разных точек, – пишет он. – Пока мой приятель выискивал лучшую экспозицию для съемки, я еще раз спустился вниз и окинул взглядом место падения „предмета". Заметил: несмотря на начало октября, трава в котловане была еще очень зеленая и сочная, не в пример той, что росла в лесу…
Я уже собирался подниматься наверх, как вдруг заметил в перекопанной нами земле какой?то белый предмет. Подошел ближе и, нагнувшись, увидел, что это обычный камень. Я его поддел ногой. Он не двинулся с места. Сильнее – никакого результата. Сбегать наверх за лопатой и вернуться обратно было секундным делом.
Скатившись вниз, я стал быстро обкапывать камень. Им оказалась почти квадратная плита, уходящая вертикально вниз сантиметров на 30. Вытащив ее оттуда на свет божий, очистив от земли и вымыв в воде, я взглянул на нее и ахнул. Это была довольно массивная плита примерно 20 х 30 см и толщиной сантиметра 3-4. С одной стороны она была почти вся гладкая, но зато с другой… С другой стороны она напоминала стиральную доску, только выпуклости ребер были гораздо шире и выше.
Первое, что пришло в голову, – это обломок, отколовшийся, скорее всего, от еще большей плиты. И подвергся он, видно, гигантской температурной обработке и давлению. Вероятнее всего, при этом все мягкотелые породы, находившиеся на его поверхности с одной стороны, расплавились и вытекли, а твердая порода наподобие, наверное, базальта (я не геолог) осталась…»
Николай Калашников увлекался выращиванием женьшеня в домашних условиях и, воспользовавшись землей из котлована, получил удивительные результаты. Женьшень рос как на дрожжах, намного обгоняя все, что было высажено в обычном грунте. На «внеземном допинге» Николаю удалось вырастить рекордные экземпляры!


   
Книга 1
 
Книга 2
 
Часть 3
 
Часть 4
 
Часть 5
     

brest-sv  • библиотека  • контакты

      Rambler's Top100